Саморегуляция СМИ в Казахстане

              Нормы и ценности, которым следует журналист, влияют на его профессиональную деятельность.

              В психологической культуре журналиста важное место отводится воле. Воля формируется в ходе осуществления целенаправленных действий по преодолению препятствий, ограничивающих свободу человека в каком-либо отношении [9, 112].

              Выделяют 3 группы черт волевых людей:

              1.Ограничивающие активность, определяющие организованность - привычки к самоконтролю, дисциплине.

              2.Определяющие стойкость (терпеливость, выносливость)

              3.Определяющие жизнедеятельность - самостоятельность, готовность к работе.

              И.Дзялошинский по характеру эмоциональной сферы делит журналистов на несколько типов: уравновешенный, радостный, гневный, радостно-гневный, радостно-тревожный, разрушительно-тревожный, раздражительный. Больше всего журналистов входит в уравновешенный и раздражительно-тревожный типы.

              Журналистика - очень интересная профессия. Тот, кто выбрал ее, должен быть готов к психологическим изучениям своей личности. Психологическая культура журналиста не есть комплекс понятий, каждое понятие входит в сознание и подсознание, заставляет мыслить и действовать по-журналистски.

              Требования этики находят воплощение и становятся правилами в тех ситуациях, которые регулярно возникают в отношения между журналистами и аудиторией, журналистом и источником информации, журналистами и персонажем произведения, журналистом и автором, журналистом и редактором, журналистом с коллективом редакции, журналистом и его коллегами по работе, журналистом и властью.

              Первые три вида отношений связаны действиями журналиста в социальной среде, или профессиональной этикой; остальное – с его поведением в профессиональной (журналистской) среде, или со служебной этикой журналиста.

              Собирая факты, журналист обращается к разным источниками информации: индивидуальному (человек), коллективному и документальному.

              Источник информации – человек. Люди не обязаны сообщать журналисту сведения о себе и своих товарищах. Чтобы «разговорить» их, надо действовать убеждением, мотивировать свою просьбу. Нельзя запугивать собеседника, провоцировать тщеславие, поощрять попытки с помощью прессы свести личные счеты. Если люди отказывают в предоставлении сведений для положительных материалов, то надо прислушаться. Отказ дать сведения может возникнуть также из-за того, что к человеку, о котором вы хотите написать очерк, окружающие относятся неприязненно или завидуют ему, предвзято оценивают его роль и заслуги. «Снять» подобное отношение можно предуманным поведением журналиста, завоеванием доверия [10, 237].

              Условие успешного сбора информации является способность чувствовать настроение собеседника и быстро реагировать на перемены в нем, умение настойчиво и в то же время тактично развивать едва заметную тему разговора, направить его в нужное русло. Часто бывает желательно начать с отвлеченных фраз, шутки, дружеской реплики, переключить внимание на другие объекты, вызвать азарт, наконец, дать выговориться собеседнику.

              В ходе беседы активность журналиста и этичность его поведения проявляется в постановке вопросов, в замечаниях по поводу сообщаемых сведений, в оценке их с помощью слова, мимики, жеста. Этичность вопроса, его уместность в каждой из ситуаций – один из главных признаков профессиональной зрелости журналиста, его воспитанности. Неуместны вопросы, на которые собеседник не может ответить или вынужден дать банальный ответ.

              Историк В.О. Ключевский говорил: «Быть умным – значит на спрашивать того, на что нельзя ответить». Такие вопросы уничтожают человека, а опубликованный ответ искажает образ [9, 211].

              Большое значение имеет порядок вопросов, их последовательность и сочетаемость. Недопустимы покровительственный или, наоборот, заискивающий тон беседы, как также категоричность высказываний. Люди ценят время, и неуместные, неумные вопросы раздражают их как свидетельство безответственности журналиста, решившего с налету «поговорить по душам».
Чтобы избежать этого, нужна большая подготовительная работа. Вопросы могут быть основными, дополняющими, конкретизирующими, напоминающими, конролирующими, прямыми, косвенными и т.д. полезно непрерывно наблюдать за героями в действии, как говорится, «идти за ними по пятам».

              Порой собеседник дает те или иные сведения, но предупреждает при этом – «не для печати». Понимая, что факты могу быть опубликованы, он просит этого не делать, хотя знает: журналист при желании получит аналогичную информацию из другого источника. Интимные данные редакция публикует с письменного согласия персонажа, часто с заменой его имени.

              Уровень сбора информации, а затем и качества публикации существенно снижается, если у журналиста не наблюдательности и интереса к людям, способности быстро и верно оценивать их психологические состояния.
Этические ошибки – следствие и его некритической оценки своей осведомленности о предмете разговора, неумении слушать, постановки нетактичных вопросов и т.д.

              К коллективным источникам информации, используемым в ходе формального и неформального общения, относятся собрания, совещания, конференции, заседания «круглых столов», товарищеские суды, пресс-конференции, беседы с группой людей в неожиданных условиях. Ценность такого рода источников обусловлена природой общения, что помогает журналисту точнее сориентироваться в явлении, ситуации, проблеме, проверить первоначальное наблюдение или, скажем, найти интересного человека, важную тему. Любопытен и весьма ценен разговор с человеком в присутствии его товарищей. Но собирая информацию в условиях огласки, корреспондент должен учитывать, что сведения могу быть далеки от истины в связи с присутствием других людей, соображениями престижного характера, давлением формального или неформального лидера, а также в связи с различными «болезнями» коллектива, когда возникает разобщенность интересов. Поэтому при последующем использовании сведений, полученным из коллективного источника, важно соотнести их с почерпнутыми из других источников [10, 333].

              Довольно часто журналист прибегает к документам, представляющим любые зафиксированные знания, которые могу быть использованы для справок, изучения, доказательств. Знакомство с ними следует начинать с разрешения автора. Разрешение надо отметить в публикации, цитату выделить курсивом, дат разграничение между документом, его оценкой и журналистским текстом, а также уведомить. Что в документе могут быть искажения и неточности.

Некоторые журналисты для получения информации входят в контакт с человеком, будучи включенным в группу должностных лиц, однако корреспондент не должен брать на себя права этих лиц, давать рекомендации. Метод «совмещения профессий» вызывает сложности этического порядка, а именно риск нанести нравственный или материальный ущерб людям или организации.

              Следовательно, надо соблюдать определенные требования: квалификация журналистка должна соответствовать требованиям «временной профессии», от его кратковременного нахождения на данной работе не пострадает дело, не будет причинен ущерб всем тем, с кем тот общается.

              Этические вопросы возникают и в сфере отношений журналист – редакционный коллектив. Входя в редакционный коллектив, журналист становится его составной частью. Нормальные отношения журналиста с редакцией предполагают, что журналист хранит редакционную тайну, сохраняет верность своей редакции, не выступает без ее согласия в других органах (даже под псевдонимом), получает от нее согласие на перепечатку своих произведений в других органах и т.д.

              Взаимодействие власти и журналистики – очень важный сегмент общественных отношений, и регулироваться оно должно не только законодательством, но и моралью, причем с обеих сторон – и со стороны власти, и со стороны журналистики. При этом речь идет не о подчинении прессы от власти, а о необходимости обеспечить оптимальную работу того и другого института в интересах своего общества [11, 49].

              В кодексах профессиональной этики зарубежных СМИ встречаются отдельные положения, фиксирующие в данной области профессионально-нравственные стандарты. Можно выразить эту группу представлений сознания журналистской общности в такой ряд норм:

              - проявить уважение к власти как важному социальному институту, предназначенному для управления общественной жизнью;

              - оказывать информационную поддержку властным структурам в выполнении их функций, осуществляя прямую и обратную связь между органами управления и народом;

              - отстаивать право журналистики на независимость от власти, рассматривая его в качестве важного условия для ответственного контроля общества за деятельностью властных структур, в том числе за поведением государственных органов всех уровней;

              - отстаивать право общественности на доступ к информации о деятельности властных структур, способствуя их открытости и доступности для общественной критики;

              - разоблачать злоупотребления и проступки лиц, работающих во властных структурах общественного и частного сектора, добиваясь совершенствования системы общественного управления;

              - опровергать фактами заявления представителе властных структур и утверждения политиков, не соответствующие действительности;

              - заботиться о точности и доказательности критики властных структур в публикациях, не отождествляя власть как социальный институт и ее конкретных представителей, проявляя необходимую корректность [12, 188].

              Для того, чтобы данные нормы стали работать «работать», необходимо и ответное желание со стороны властных структур. Интонация непримиримости, с которой иногда выступают по отношению к ним СМИ, во многом объясняется неуважительным, подчас дискриминационным отношением власти к прессе, непониманием ее функций в обществе:

              Сейчас, что бы ни писала печать, какие бы острые материалы ни появлялись на ее страницах, - власть не реагирует. И это – позиция, но позиция противовесная, ибо трудно найти какую-либо развитую страну, где такое было бы возможно.

              1.3 Честь и достоинство как нравственные категории

              Категории «профессиональное достоинство» и «профессиональная честь» тоже отражают доминантный ряд представлений профессионально-нравственного сознания, определяющий основу профессиональной позиции специалиста. Особенность данных категорий состоит в том, что они обозначают представления, имеющие отчетливо ценностный характер. С профессиональным долгом их связывают не менее тесные отношения, чем те, которые связывают с ним профессиональную ответственность и профессиональную совесть. Однако в данном случае эти отношения опосредованы самооценкой личности. Чтобы стало ясно, о чем речь, нужно четко представить себе, что именно содержит в себе рассматриваемая группа представлений, какова их объективная основа, в чем заключаются их объективная и субъективная стороны.

              Категория «профессиональное достоинство» восходит, прежде всего, к такому объективно существующему обстоятельству, как реальная роль того или иного профессионального содружества, той или иной профессии в общественной жизни. Отражение этой роли в профессиональном сознании данного содружества образует достаточно устойчивое представление о значимости профессии для общества и о признании обществом этой значимости, тем самым приобретая характер профессиональной ценности, которую надо беречь, как всякую ценность. Такое представление может быть более или менее адекватным – все зависит от субъективного момента. Как правило, он связан либо с конкретно-исторической ступенью «разрешающей возможности» механизмов познания, либо с актуальными социально-историческими обстоятельствами. Однако в основе своей это представление несет объективное начало, в той или иной мере доступное для интериоризации каждым отдельным профессионалом [13, 124].

              На уровне индивидуального сознания более выражена субъективная сторона профессионального достоинства. Это объясняется, прежде всего, тем, что представление о социальной значимости профессии у конкретного человека дополняется представлением о собственной значимости – о своей роли в трудовой группе и признании группой данной роли. Иначе говоря, представление о со­циальной значимости профессии включает в себя в качестве обязательного момента самооценку личности. «Вычисляет» человек такую самооценку по степени соответствия своих профессиональных поступков, своего профессионального поведения критериям социальной значимости профессии, усвоенным им в ходе профессионального становления.

              Однако, мера «присвоения» содержания профессионального сознания, интериоризованности его представлений у разных людей не одинакова. В данном случае тоже действуют «фильтры» субъективного свойства, «отсеивающие» для человека те или иные нюансы общественного значения профессии. Потому и получается, что мерило собственной профессиональной значимости не вполне совершенно: самооценка может оказаться либо завышенной, либо заниженной. Тем более что здесь дело не обходится без психологических «призм», влияющих на восприятие человеком своих поступков. В подобных случаях мы говорим о раздутом или заниженном чувстве профессионального достоинства. При этом многое зависит от того, каким образом проявляет себя в поведении индивида его моральная установка, одним из инструментов реализации которой, как говорилось, является человеческое достоинство – представление о значимости человеческой жизни.

              Отношения между сознанием своего человеческого достоинства и сознанием своего профессионального достоинства не всегда гармоничны, что нередко становится для человека причиной серьезных внутренних или внешних конфликтов. Когда мы имеем дело с личностью достаточно высокой степени моральности, такие конфликты разрешаются без ущерба для профессионального достоинства содружества. Если же общая моральность человека оставляет желать лучшего, то происходят события, от которых профессиональное достоинство данной трудовой общности может серьезно пострадать [14, 156].

              Профессиональное достоинство на уровне личности проявляет себя в виде установки на поступки, каждый из которых должен соответствовать социальной значимости профессии и общественному представлению об этой значимости. Вместе с падением профессионального достоинства падает и значение данной трудовой группы, снижается престиж данного рода деятельности.

              Установка отдельной личности на то, чтобы каждым поступком, каждым действием соответствовать высокой значимости своей профессии, может сформироваться только при условии, что эта высокая значимость осознана профессиональной общностью и стала для нее ценностью. В таком смысле профессиональное достоинство отдельного журналиста есть производное от профессионального достоинства журналистской корпорации, хотя между ними обязательно есть и обратная связь [13, 401].