Русская эмигрантская пресса

Так, 1 апреля 1925 г. Отдел Печати ЦК РКП(б) разослал в 24 Торгпредства СССР директиву о запрете каких-либо сделок с эмигрантскими издательствами: «Отдел Печати ЦК РКП(б) считает совершенно недопустимым заключение каких-либо коммерческих сделок и тем более приобретение (хотя бы путем книжного обмена) книжной продукции эмигрантских издательств»13. Эту директиву сопровождала выписка из постановления ЦБ Совпартиздательства «Об основных принципах экспортно-импортных операций с заграничными издательствами» от 21 ноября 1924 г.14 Согласно этим правилам, советские организации должны ориентироваться на «братские и дружеские по своему направления издательства», а «с белогвардейско-эмигрантскими … никаких сделок не заключать». Благоприятствование коммунистическим фирмам большевики рассматривали «как политическую, а не коммерческую задачу».

Составленный  Главлитом список запрещенных издательств свидетельствует о том, что в течение всего этого времени большевики внимательно отслеживали состояние печати русского зарубежья – как медийного, так и книжного. Список Главлита являет собой классификацию эмигрантских издательств по идеологическому признаку. Оппозиционное советам издательское поле русского зарубежья большевики разбили на пять политических групп – монархические; реакционные и антисоветские; эсеровские; меньшевисткие и анархические издательства. Безотносительно к политическим группировкам в запретный список были включены «YMCA-Пресс», а также книгоиздательства «Гржебина» и «Ладыжникова». Поводом для запрета сношений с двумя последними мог стать неудачный опыт (с подачи Максима Горького) совместной работы15.

Итак, список «враждебных эмигрантских издательств, книги коих, независимо от их содержания, не пропускаются в пределы СССР», насчитывал 42 фирмы:

● Монархические: «Глагол» (Берлин), «Град-Китеж» (Берлин), «Детинен» (Берлин), «Икар» (Берлин), «Сияльского и Крейшмана» (Берлин), «Родина» (Берлин), «Российско-Болгарское издательство» (София), «Русь» (Вена), «Кремль» (Прага), «О.Дьякова» (Берлин), «Медный Всадник» (Берлин), «Русь» (Берлин).

● Реакционные и антисоветские: «Поводонкий» (Париж), «Русская печать» (Париж), «Русская земля» (Париж), «Слово» (Берлин), «Обелиск» (Берлин), «Славянское издательство» (Прага), «Отто Кирхнер» (Берлин), «Русское Универсальное Издательство» (Берлин), «Ватага» (Берлин), «Пламя» (Прага), «Орион» (Берлин), «Печатное Дело» (София), «Наша Речь» (Прага), «Кооперативная мысль» (Берлин), Вальтер и Раппе (Рига), «Гликсман» (Рига).

● Эсеровские: «Франко-Русская Печать» (Париж), «Воля России» (Прага), «Скифы» (Берлин).

● Меньшевисткие: «Из-ство Социалистического Вестника» (Берлин), «Русский революционный архив» (Берлин), «Искра» (Берлин), «Труд» (Берлин), «Эпоха» (Берлин), «Восток» (Берлин), «Грани» (Берлин).

● Анархические: «Группа русских анархистов в Германии» (Берлин). «Равным образом  не допускаются книгоиздательства  «Гржебина» (Берлин), «YMCA-Пресс» (Нью-Йорк-Прага) и «И.П.Ладыжников» (Берлин)»16.

Аналогичный экономический бойкот, но уже эмигрантским СМИ в ноябре 1926 г. объявило Объединенное Государственное Политическое Управление (ОГПУ) при Совнаркоме. Спецслужбы СССР предлагали использовать все возможности  по ослаблению экономических основ  изданий русского зарубежья.

В письме в Секретариат и Отдел  Печати ЦК ВКП(б) зампред ОГПУ Ягода и начальник Информационного Отдела (ИНФО) ОГПУ Алексеев указывали на слабую экономическую базу эмигрантской периодики, которая выживает в основном благодаря подписке, в том числе из СССР17. В первую очередь это касалось меньшевистского «Социалистического Вестника».

«По имеющимся в распоряжении ОГПУ сведениям, ряд заграничных белоэмигрантских изданий, имеющих за границей небольшой  тираж, поддерживают свое существование, главным образом, благодаря платному распространению их изданий по преувеличенной расценке в СССР. В первую очередь  это относится к «Соц.Вестнику». По неполным данным ОГПУ, количество экземпляров официально выписываемых в СССР для нужд разных ведомств и лиц колеблется от 240 до 300. Если учесть количество командируемых нами заграницу и служащих там лиц и то обстоятельство, что большинство их приобретает «Соц.Вестник», то вряд ли мы ошибемся, если укажем, что в общем одни партийцы покупают до 500 экземпляров. Цена номера «Соц.Вестника» – 70 пфеннигов, явно рассчитана на нездоровый интерес к журналу, как в СССР, так и среди командируемых за границу товарищей, для которых потратить указанную сумму из их суточных не представляет трудности. В Германии обычная цена для такого издания 20 пфеннигов. Весь этот расчет показывает, что «Соц. Вестник» может безубыточно существовать только на тираже, потребляемом нами. В ОГПУ имеются заслуживающие доверия сведения о том, что сами руководители «Соц.Вестника» утверждают, что их орган существует на средства коммунистов. Необходимо учесть, что сама по себе небольшая сумма дохода в 300-400 марок гарантированной подписки, в условиях эмигрантского существования является крупной суммой, позволяющей издавать много сотен экземпляров для нелегального распространения в СССР»18. Именно эти опасения тревожили ОГПУ.

В значительной степени все выше сказанное  относится и к другим эмигрантским изданиям – «Руль», «Дни», «Последние Новости»… «Эти газеты идут в СССР также в количестве от 240 до 300 экземпляров каждая»19. Согласно докладной записке зам. зав. Информотделом ЦК ВКП(б) Цируля секретарю ЦК ВКП(б) С.В. Косиору, в 1926 г. количество комплектов белой печати, проходивших через Наркоминдел, равнялось в среднем 240, из них 136 проходило через аппарат ЦК, 40 – ОГПУ, остальные – по наркоматам20. Рассылались белые газеты «п/отделом распространения литературы при Агитпропе ЦК».

Исходя  из этого, ОГПУ предлагает ЦК запретить  «членам партии приобретать «Соц.Вестник» и другие эмигрантские издания, рекомендуя пользоваться таковыми в библиотеках наших сов. учреждений и ячеек за границей», а «количество выписываемых экземпляров белой прессы сократить до 25 (10 – ЦК и 15 – ОГПУ)».

Помимо  экономических ограничений для  эмигрантских СМИ, ОГПУ предлагало ввести дополнительные административные барьеры  для советских граждан, желающих читать белую прессу: «В целях установления порядка ознакомления заинтересованных лиц и учреждений с белой литературой  создать Комиссию в составе представителей Агитпропа ЦК ВКП(б), Отдела Печати ЦК ВКП(б) и ОГПУ»21.

Судя  по автографу на письме Ягоды и  Алексеева, секретарь ЦК ВКП(б) В.М. Молотов положительно отнесся к новациям огпу и предложил Отделу Печати обсудить этот вопрос и внести свои предложения.

Ограничивая спрос на эмигрантские СМИ, большевики стремились обескровить оппонентов, лишить их печатный орган стабильного  финансирования, а также прекратить его проникновение и ротацию  в СССР. Выписка из сводной ведомости получаемой через НКИД белой прессы говорит об объемах разрешавшейся в мае 1926 г. выписки эмигрантской печати и об уровне запретности отдельных изданий для большевистского руководства.

Основная  пресса22:

1. «Социалистический Вестник» −  243 экземпляра.2. «Руль» − 229 −3. «Дни»  − 227 −4. «Последние Новости» −  220 −5. «Воля России» − 125 −6. «Новое  Время» − 48 −7. «Возрождение»  − 42 −

Таким образом, крайне антибольшевистские газеты «Новое Время» и «Возрождение» имели  ограниченное хождение даже в верхних  эшелонах советской власти. Обязательными  для распространения среди большевистского  руководства эмигрантскими СМИ  в середине 1920 гг. были три газеты – «Руль», «Последние Новости», «Дни»  – и журнал «Социалистический  Вестник»23. В список «снабжаемых  зарубежной прессой» лиц и организаций  входили 79 членов и кандидатов ЦК ВКП(б), а также 47 парторганизаций, из которых шесть горкомов и обкомов (Воронежский, Вотский, Грозненский, Гомельский, Крымский и Тамбовский) получали только «Социалистический Вестник»24. Согласно записке зам.зав. АПО ЦК ВКП(б) Мальцева в Информотдел ЦК от 3 января 1927 г., этот список «был сжат до крайних пределов»25.

Предлагаемые  ОГПУ меры по ограничению подписки и распространению в СССР эмигрантских СМИ, а также возможности их прочитать  в относительно открытом доступе  были направлены на ужесточение свободы  мысли и слова уже не в широких  массах, а в рядах партийной  номенклатуры. Это предложение ОГПУ было реализовано в выпуске сводок белоэмигрантской прессы, периодический  выход которых начался в 1927 г.

Тем не менее, тематические обзоры белогвардейской  печати составлялись с момента ее возникновения для изучения отношения  эмиграции к происходящим в Советской  России событиям, их выступлений против политики большевиков. В начале 1920 гг. Секретариат ЦК РКП(б) составлял обзоры-перепечатки иностранных, в том числе эмигрантских газет, которые предназначались для узкого круга читателей верхушки РКП. Так, в сводку иностранных СМИ «Об организации помощи голодающим Поволжья и положении русских белоэмигрантов» попали также материалы газет «Голос России» (2 ноября 1921, «Нота Чичерина»), «Руль» (30 октября 1921, «Французская помощь России») и «Последние Новости» (22 октября 1921, «В Константинополе. Прекращение французского пайка»; 25 октября 1921, «Константинополь. После прекращения французского пайка»)26.

В феврале 1926 года Информационный Отдел  ЦК ВКП(б) подготовил три обзора, касавшихся освещения белой печатью следующих тем – «XIV партийный съезд», «Крестьянство и деревенская политика ВКП(б) и Советов», а также «Об экономическом положении СССР»27. Согласно сопроводительной записке, эти обзоры были составлены по материалам девяти газет: «Последние Новости», «Руль», «Дни», «Сегодня», «Русь», «Новое Время», «Возрождение», «Последние известия», «Русское время» (преемница парижской газеты «Вечернее время» Б.А. Суворина и А.И. Филиппова), а также семи журналов: «Социалистический Вестник», «Воля России», «Революционная Россия», «Знамя Борьбы», «Вестник Крестьянской России», «Крестьянская Россия», «Современные Записки». Для анализа были взяты публикации с 1925 г. по начало 1926 г.28

К идее выпуска регулярных сводок белой  печати большевистское руководство  пришло в середине 1920 гг. Об этом, в  частности, говорилось в докладной  записке сотрудника Агитационно-Пропагандистского  Отдела (АПО) Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала (ИККИ) Кетэ Поль, направленной секретарю ЦК ВКП(б) Н.М.Швернику в июне 1926 г. Кетэ Поль указывает на тот факт, что изучение и сбор материала, который выходит в иностранной печати против СССР «даст возможность успешно вести оборонительные кампании, связывая их с наступательными»29. Для «изучения и централизации» негативной информации об СССР АПО ИККИ предлагает создать специальное бюро при Агитпропе ЦК ВКП(б), которое к тому же должно готовить ответные контрпропагандистские материалы для распространения в иностранной прессе. В АПО ИККИ считают, что эти действия являются срочными и необходимыми: при помощи работы такого бюро «нам удастся со сравнительно ничтожными средствами серьезно ослабить контрреволюционную работу, на которую буржуазия затрачивает огромные средства».

В конце 1926 г. ЦК ВКП(б) принял решение запретить всем парторганизациям и советским учреждениям «самостоятельную подписку белоэмигрантских периодических изданий» на 1927 г. Соответствующую директиву и постановление ЦК разослал на места в декабре 1926 г. В этом документе говорилось, что «для обеспечения парторганизаций информацией о белоэмигрантской печати Информотделу ЦК ВКП(б) поручено составление сводки с важнейшими выдержками из упомянутых изданий»30. Ее регулярный выход, регламентированный соответствующим постановлением ЦК31, начался с 23 января 1927 г.32

27 января 1927 г. Секретариат ЦК ВКП(б) утвердил представленный Информационным отделом ЦК «список лиц и организаций на получение ими сводок белоэмигрантской прессы»33. По мнению руководства Информотдела, сводку следует «рассылать по списку адресатов, получающих стенограммы ЦК, со включением в него лиц и учреждений, получавших ранее белую печать, возложив рассылку сводок, как секретный материал, на Секретный отдел ЦК»34.

В прилагаемой таблице показано распределение  белой прессы в 1926 г. и предполагаемое распределение «сводок» в 1927 г.

Увеличение  количества адресатов в 1927 г. Информотдел объясняет включением дополнительно «79 членов ЦКК, работающих в центральных учреждениях и на руководящей работе в местных контрольных комиссиях», «руководителей крупных хозяйственных объединений (банков, трестов, синдикатов) и председателей ЦК профсоюзов», а также «всех крайкомов, обкомов, губкомов и крупнейших окружкомов»37. К лету 1927 г. этот перечень потерял 110 позиций. Так, в «Списке для рассылки сводок белоэмигрантской прессы» на 25 мая 1927 г. значилось всего 390 адресатов38.

Тем не менее, сокращение кругов распространения  контрреволюционной информации не коснулось 13 основных советских СМИ, которым  разрешалось изучать эмигрантскую прессу и готовить соответствующие  контрпропагандистские материалы.

В этот список вошли: ТАСС (Долецкий), «Прессбюро» (Флеровский), «Правда» (Леонов), «Рабочая Газета» (Смирнов, Мальцев), «Экономическая Жизнь» (Крумин), «Большевик» (Зайцев), «Под знаменем марксизма» (Деборин, Троицкий), «Беднота» (Грандов), «Ленинградская Правда» (Рафаил), «Красная Газета» (Урицкий), «Комсомольская Правда» (Костров), «Наша Газета» (Стоклицкий), «Красная Звезда» (Ф. Кон)39.

Выпуску регулярных сводок предшествовало обсуждение в ЦК их формата и содержания на примере пробного номера от 10 января 1927 г. Согласно докладной записке  зам. зав. Информотделом ЦК ВКП(б) Цируля секретарю ЦК ВКП(б) С.В. Косиору от 20 января 1927 г., вошедшие в пилот «принципиальные статьи и важнейшие информационные сообщения из газет были разбиты по тематическим разделам: 1) внутреннее положение (ВКП, Соввласть, Красная армия, хозяйственное положение, молодежь, разное), 2) международное положение и, наконец, 3) жизнь эмиграции».40 В конце выпуска был помещен последний номер «Социалистического вестника».

Замечания большевистского руководства по поводу содержания сводок белой прессы дают понять, какую информацию оно  черпало из эмигрантских СМИ. Основное внимание обращалось «на принципиальные статьи эмигрантов, на их оценку хозяйственного и политического положения» Советской  России. Так, заведующий Отделом Печати ЦК ВКП(б) С.Гусев полагает, что для сводок надо выбирать материал по текущим политическим вопросам – «снижение цен, подготовка интервенции, оппозиция, хлебозаготовки и т.п.» Особым отделом «Жизнь эмиграции» Гусев предлагает давать «сообщения, факты, статьи, рисующие политические группировки в эмигрантщине, их взаимоотношения и пр.».