Николай Гусовский - жизненный и творческий путь

Мне хорошо известно, светлейшая госпожа, какого большого счастья ты желаешь этому королевству и как много рассуждаешь и заботишься об улучшении  его положения. Но я действительно не представляю, чем ты можешь ему помочь. Когда же ты проявишь себя благожелательной, склонной к попечительству науки и искусства, то принесёшь и государству большую пользу, а высокая слава имени твоего распространиться таким образом еще выше чем слава твоих воспитанников. Ведь что может быть более чудесным и достойным твоих предков и твоей славнейшей из арагонского дома семьи, более совершенным из всех форм благотворительности, если на них принято смотреть и в мирное время, и в войну, и в деле религии? Но и они никогда не наполнили бы землю светом такой великой славой жизни и подвигов с уважением всего поколения и не показали бы себя в таком дивном свете в разных испытаниях судьбы перед потомками, когда бы их собственная учёность и свойственная  этому роду особенная внимательность к ученым мужам не вознесли бы их на такую высоту, что они были прославлены лирой больших талантов; поэтому мне остается заслужено молчать про их, в особенности здесь, где я подчинен неизбежному закону высказываться скромно…». 

Расчет оказался верным. Благодаря ей в 1523 году в Кракове, тогдашней столице Короны, выходит поэтический сборник «Песня про зубра», который содержал одноименную поэму и 11 стихотворений.

Однако королевский двор скоро забыл замечательного поэта, которому суждено было остаться в истории основателем латиноязычной ренессансной поэзии Беларуси. Гусовский продолжал заниматься литературным творчеством, но жестокой реальностью его будней становится материальная недостаточность и тяжелые болезни. Борясь с ними, он создал еще такие значительные вещи, как поэмы «Новая и славная победа над турками ...» Поэма была написана буквально за одну ночь, «по горячим следам» события. Написанное уже больным, не очень устроенным в житейском плане человеком, это произведение поражает силой художественного воплощения гордости народным подвигом. Это произведение имело значительное влияние на развитие жанра героической поэзии в Беларуси. В 1525 году он опубликовал последний свой труд – поэму «Жизнь и подвиги св. Геоцинта». В посвящении этой поэмы краковскому воеводе, Гусовский пишет о необходимости восстановления славных дел знаменитых людей прошлого, чтобы на их примере воспитывать молодежь в духе гордости за свой народ, его историю и культуру. Далее его земной путь снова теряется в тумане, старик, одинокий и больной, он доживал свои последние годы в Кракове, где и умер около 1533 г.

Имя поэта вновь зазвучало только в конце ХХ века. В 1980 году просвещённый мир широко отмечал 500-летие Николая Гусовского. Его имя ЮНЕСКО включила в мировой календарь памятных международных дат.

ГЛАВА 2. История создания «Песни про зубра», содержание поэмы

Творческое наследство Николая Гусовского немало, однако, самым удачным произведением, какому была предначертана длинная жизнь и большая слава, стала поэма «Песня про зубра». Ее полное название в переводе с латинского языка звучит как «Песня об образе, диком нраве зубра и охоте на него». В экспозиции поэмы автор точно сообщает про замысел произведения, признается, что ему довелось стать авторам по чужой воле. Однажды, находясь в Риме, посольская делегация во главе из Эразмам Витэлиусом наблюдала в присутствии папы Льва X бой быков. Некто из свиты заметил, что зрелище корриды сродни на ловы зубров. Николай Гусовский, который присутствовал на папской трибуне, принялся с таким рвением и чрезвычайно эмоционально рассказывать про охоту на зубра в пущах родной стороны, что папа Лев X тут же высказал желание записать услышанное в стихотворной форме и иметь чучело этого экзотического зверя. Э. Витэлиус, надеясь крепче заинтересовать папу политическими целями своей миссии, решил использовать удобный случай — постлал гонцов к Виленскому воеводе, князю Радзивиллу, с просьбой прислать в Ватикан чучало самого крупного зубра, а Н. Гусовского обязал немедля написать поэму. Доверившись своему жизненному опыту и профессиональной памяти ловца, Николай взялся за перо. Так в Риме родилась «Песня про зубра», которая была закончена в 1522 г., когда ни её инициатора папы Льва X, ни её заказчика Э. Витэлиуса уже не было в живых.

Основу композиции поэмы составляет подробное описание вида зубра, его нравов и сцен, связанных с охотой на зверя. Автор, однако, не удержался в рамках заказанной темы:

К заказной теме про зубра, охоту и экзотику северных пущ поэт подключил сначала размышление про творчество, про способы отображения жизни в искусстве, про стоимость прямого и косвенного опыта в познании явлений, правды и вымысла, про виды наслаждений. Монолог манил живое дыхание, и тогда поэт очень интимно, лично ввел в произведение тему родины. Зубр стал заветным образам, который пробудил помять родины, а родина стала источником вдохновения. Заказ мецената перерос в заказ сердца, обязанность – во вдохновение. Поэт почувствовал нужду вылить душу в песни, высказать тоску по далекой и милой Отчизне, по свободной жизни охотника, вздохнуть по ухарской молодости, полететь на крыльях воспоминаний из роскошных посольских комнат в родные бары к охотничьим поленницам, к суровым, мужественным и искренним людям, к народным поверьям, к истокам, – к всему тому, что сделало его человеком, особой. Николай Гусовский оказался настолько самобытной индивидуальностью, что ему стало тесно в рамках темы и задачи, поставленной меценатом, хотя и та задача была ему близкой. Нежно оговариваясь и оправдываясь перед читателем, он соблазнился подарить «вечному городу» свой образ родины: не дикой экзотической стороны, а страны страдальческого и мужественного, достойного большего внимания и лучшей участи народа.

Зубр под пером Гусовского стал образом-символом, своеобразной эмблемой родины поэта – Великого княжества Литовского, его давней мощи, возродить которую всею душой жаждет автор, ведь он верить, что возрождение патриархальной простоты отношений между рядовыми гражданами и властелином станет ценностью, которая сможет оздоровить состояние общества. Идеализируя зверя на сказочный манер, поэт приписывает ему высшие моральные чувства и гражданские черты характера. Царь лесов становится настоящим царем. Силач меж зверей, мудрый и чуткий, «сообразительный зверь по природе», он все видит и понимает.

Смотря далеко назад, я углубился в недра древней древности, сбился с пути…

Образ зубра пробудил патриотичные чувства Н. Гусовского, вписался в географию — в панорамные рисунки родной природы с пущей и Днепром, превращая их в образ «просторов Литовского княжества» — «стороны своей», стороны нашей («сторону нашу природа таким наделила богатством», «сторона наша — дивная пристань загадок и чудес»). С каким восхищением описывает Н. Гусовский родные пейзажи, белорусские леса и пущи, которые являются для его эликсиром молодости, бодрости духа»:

Наши леса — эта наша кубышка и амбар, Наш чулан терпентина, и дегтя, и ягод, меду и воска, куницы и разной кабанины. Так что купец чужеземный, тугим кошельком не поскупившись, может раскинуться щедро  на торгах, и на менах — товаров вдоволь. Тут и сосновые бёрны, и брусья, и стропила, дуб на доску — покупай и стройся, безлесный…

Поэт-дипломат не только представляет бесчисленные богатства родной земли, но и подчеркивает любовь к своей родине, отмечает, что ее природные клады «наши люди на золото даже не променяют». Неслучайно автор все время прерывает свой рассказ про зубра и зубровое стадо воспоминаниями о далекой и милой Отчизне, рассказывает про историю и современную политическую жизнь Великого княжества Литовского, рассказывает про свой народ, его традиции и уставы.

Аллегорическим образам родной стороны, символам его былой мощи в поэме выступает зубр. Царь пущи только кажется неповоротливым, грузным и опасным:

…Богатырским телом своим он настолько большой, Что, когда ранят смертельно и раненый станет на колени, Три охотника садиться у него между рогов… Склоченный клин бороды помелом высовывается из-под челюстей, Во взоре читается и злость, и ненависть, и ярость; Грива косматая плотно к самым лопаткам примыкает, свисая вниз по колени. …Масти подпалистой, как помесь бурой и черной, Вроде из веков в века переходил через горн и закаливался, собрав оттенки столетий.

На самом деле зубр по натуре — зверь мирный, «не зацепишь — будет стоять как врытый». Похожая черта свойственно и народу, в стране которого живут зубры. В контексте мифологического мышления этот зверь воспринимается как тотем, опекун страны.

Группа зубров в воображении Гусовского – модель идеального коллектива, даже общества в целом, какая-то богатырская дружина или казацкая вольница, что управляется принципами воинской демократии. В группе – равное право на власть, натуральная зависимость слабых от крепких и строгая обязанность крепких охранять всех, отдавать свой опыт и силу на общую пользу и добро.

Гусовский был патриотам Беларуси, которая входила в состав Великого княжества Литовского, он разделял патриотичные стремления шляхетского слоя, который хотел большей независимости от Короны, мечтала вернуть бывшую славу родине и возродить времена Витовта. Однако Гусовский не выражал своих настроений к крайности сепаратизма, бунта против центральной королевской власти. Мы можем назвать Гусовского терпимым, сдержанным сторонникам идеи возвышения Велиеого княжества Литовского, забота про это возвышение ни в коем случае не должна вредить союзу с Польской Короной и европейскими странами. Он принимал борьбу шляхты против магнатов, осуждал сепаратистские личные амбиции местных князей и магнатов, но одновременно был сторонникам сильной центральной власти. Гусовский хочет видеть прямую и тесную связь между королем и широкими низами шляхты без посредничества магнатов и местных князей, которые корыстно используют свое положение: плетут интриги, ведут междоусобные драки с конкурентами, разрушают страну. Фигурой, в которой Гусовский определенным образом воплотил черты идеального короля и государственного деятеля вообще, стал Витовт.

В поэме раскрываются образы двух властелинов Великого княжества Литовского — Витовта и Жыгимонта. Описанию Жыгимонта — смелого охотника, который первым кидается на разъяренного зверя, — в произведении отводится немного строчек. Поэт предпочитает Витовта, который выступает в поэме как государственный муж, правитель, воспитатель, многосторонняя, развитая личность. Очевидным является то, что при создании своей поэмы Гусовский ориентировался на хорошо известный ему «Летапiсец вялiкiх князёў Лiтоўскiх». «Летапiсец» заканчивается так называемой «Пахвалой Витовту», в какой высоко оцениваются государственно-политические заслуги князя: «И Великий Новгород, и Великий Псков — Все послушны были великому князю Витовту. Цари и князи в большой приязни с ним были, А иные служи ли ему и честь большую, и дары большие приносили ему. Княженье Витовта — это время героических противоборств, где каждый имел право и большие возможности для осуществления подвига и утверждения своей чести. Самым большим богатством властелин считал «богатство духовное — злата государства». Во времена княженья Витовта государство достигло небывалого расцвета и подъёма, имело дипломатичные связи со всеми западноевропейскими странами. С князем старались жить в мире и согласии многие соседи, которые не столько боялись его, сколько уважали его за бесстрашие, мудрость, справедливость: Княженье Витовта считают все летописцы расцветом княжества Литовского, нашей стороны, и называют тот век золотым. Витовт показанный в поэме в повседневной жизни. Он благородный, справедливый, чуткий, требовательный человек, жестокий в отношении к преступникам и взяточникам. Князь по заслугам и щедро одарял воинов-борцов, но сурово и справедливо наказывал трусов, клятво отступников, лживых свидетелей: Строго и сурово карал привычки глупые людей. Он справедливость любил, дорожил ее нормы святые, Не позволял, чтобы плут где то обходил закон... Жестоко властелин пытал подкупленных свидетелей с тем, чтобы никто впредь судьям врать не посмел. С целью подготовки своих воинов к борьбе с врагом Витовт часто настраивал в пущах охоту, которые считались особой школой воинского воспитания. Охотясь на лесных зверей, воины учились обладать копьем, рогатиной, луком. В этих диких облавах на зверей испытывался характер воина, закаливался его боевой дух. Витовт был для М. Гусовского идеалом руководителя, палитика и общественного деятеля. В его образе поэт хотел восславить деятельность свободной, мужественной и отважной особы, искренне преданной своему Отечеству.

Одной из сквозных гражданских тем «Песни про зубра» является тема войны и мира – компонент произведения, где сосредоточена философия истории, взгляд поэта на формы общественно-политического сожительства между народами, государствами и властелинами. Автора печалит, что универсальным средствам решения политических конфликтов становится война, сила, а не ум и справедливость. Он выразительно разделяет войны на оборонческие и захватнические. Исходя из христианско-гуманистических идеалов, он в принципе против всяких войн, против человечных страданий, против нарушения христианских заветов милосердия, братство и любви. Но вместе с тем Гусовский понимает, что войны, навязанные захватчиками, надо вести, противопоставляя силе агрессии силу защиты. Он печалится, но и гордиться тем, что его родине суждено вести бесконечные войны с могометанским нашествием.

Междоусобные войны – откровенное проявление братоубийства – являются для Гусовского также предметам в особенности острого осуждения и отрицания. Затейщиков таких войн – князей и вельмож – поэт называет людьми, лишенными ума, и просит у богородицы постлать их темным душам просветление. Нетрудно заметить, что в решении этой темы Гусовский выступает продолжателем большой традиции, которая складывает идейный стержень древнерусских и белорусско-литовских летописей (политические повести), а также таких разных по жанру произведений, как знаменитая восточнославянская поэма «Слово про поход Игорев» и оригинальное произведение местной агиографии «Сказанне про Бориса и Глеба».

Заканчивается поэма молитвой к Деве Марии, в какой поэт просит Мать Божью остановить убийства и кровопролития, дать более мудрости и равновесия князьям и воеводам, успокою, строя и счастья своей страдальческой стороне и народу.

«Песня про зубра» сохранила стилевой колорит устного рассказа-разговора. В стили ее много есть от разговорной живости  сказок, былин и дружинных речей с их искренней простотой и непосредственностью. Можно считать эту разговорность отзвуком средневековой литературы, где произведения обычно рассчитывались на устное чтение и коллективное прослушивание, хотя в целом поэма как рисунок жизни, ориентированный на действительность, подобает к новой эпохе – Возрождения. Сказовая форма требует от автора вводить, кроме объективизированных характеров и рисунков жизни, по крайней мере два субъективных образа: сказателя и кажущегося слушателя. В нашем случае сказатель и слушатель – представители разных культур и художественных традиций. Чтобы понять друг друга, им нужно договориться, принять какие-то общие принципы сношений. Гусовский предлагает положить в основу поэтических сношений правду и осмысление – принцип реалистичный, ренесансовый.