Век джаза в романах Ф.С.Фицджеральда

2

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Уфимский государственный нефтяной технический университет»

Кафедра русского языка и литературы

Реферат по дисциплине «История русской и зарубежной литературы»

«Век джаза» в романах Ф.С.Фицджеральда «Великий Гэтсби» и «Ночь нежна»:

проблема героя.

Выполнил:

ст. группы БСО-11-01 Щетинина Людмила

Проверила:

доцент Сабитова Н.Г.

Уфа, 2011

Содержание.

1.     Введение _____________________________________3

2.     Литература «потерянного поколения» _____________4

2.1.  «Век джаза» в творчестве Фицджеральда ______7

3.     «Великий Гэтсби»: проблема героя в романе_______9   

4.     «Ночь нежна»: проблема героя __________________15

5.     Заключение ___________________________________20

6.     Список литературы _____________________________22

Введение.

Френсис Скотт Кей Фицджеральд - величайший американский писатель, который вошел в историю мировой литературы благодаря своим чудесным романам о жизни Америки в 1920-е годы, среди которых особенно известен "The Great Gatsby" ("Великий Гэтсби", 1925). В наши дни имя Фрэнсис Скотта Фицджеральда постоянно упоминается наряду с именами других американских классиков ХХ века – Фолкнера, Хемингуэя, Томаса Вулфа, Теодора Драйзера, Шервуда Андерсона и Синклера Льюиса. Среди этих блестящих прозаиков Фицджеральд занимает особое место – равного среди лучших, отличаясь неповторимой самобытностью. 

Цель данной работы – изучение творчества Ф.С. Фицджеральда на примере его романов – «Великий Гэтсби» и «Ночь нежна», сопоставительная характеристика общей идеи романов, раскрытие проблемы героя.

Исследование выбранной темы дает нам детальное представление и о той “особой” эпохе, и о тех людях, которые “прожигали” свои жизни, и естественно, об авторе, поведавшем всему миру об особенностях “потерянного поколения”.

Литература «потерянного поколения»

20-ых гг 20 века.

Литература "потерянного поколения" сложилась в европейских и американской литературах в течение десятилетия после окончания первой мировой войны. Зафиксировал появление литературы «потерянного поколения» именно 1929 год, когда были изданы три романа: "Смерть героя" англичанина Олдингтона, "На Западном фронте без перемен" немца Ремарка и "Прощай, оружие!" американца Хемингуэя. Само определение "потерянное поколение" было походя обронено Гертрудой Стайн в разговоре с ее шофером. Она сказала: "Все вы потерянное поколение, вся молодежь, побывавшая на войне. У вас ни к чему нет уважения. Все вы сопьетесь". Это изречение было случайно услышано Э. Хемингуэем и пущено им в обиход. Слова: "Все вы – потерянное поколение", -  он поставил одним из двух эпиграфов к своему первому роману "И восходит солнце" ("Фиеста", 1926). Со временем данное определение, точное и емкое, получило статус литературоведческого термина.

Каковы же истоки "потерянности" целого поколения? Первая мировая была испытанием для всего человечества. Можно представить, чем она стала для мальчиков, полных оптимизма, надежд и патриотических иллюзий. Их биография началась сразу с кульминации, с максимального перенапряжения сил. Война ввергла рано состарившихся юношей в бездну безверия и одиночества. Героям литературы "потерянного поколения" недоступно единение с народом, государством, классом. "Потерянное поколение" противопоставило обманувшему их миру горькую иронию, ярость, бескомпромиссную критику устоев фальшивой цивилизации, что и определило место этой литературы в реализме, несмотря на пессимизм, общий у нее с литературой модернизма.

Писатели "потерянного поколения" никогда не составляли какой-либо литературной группы и не имели единой теоретической платформы, но общность судеб и впечатлений сформировала их сходные жизненные позиции: разочарование в социальных идеалах, поиски непреходящих ценностей, стоический индивидуализм.

Общность проявляется во всем, начиная с тематики и кончая формой их произведений. Главные темы писателей этого поколения — война, фронтовые будни ("Прощай оружие" (1929) Хемингуэя, "Три солдата"(1921) Дос Пассоса, сборник рассказов "Эти тринадцать" (1926) Фолкнера и др.) и послевоенная действительность — "век джаза" ("И восходит солнце" (1926) Хемингуэя, "Солдатская награда" (1926) и "Москиты" (1927) Фолкнера).

Обе темы в творчестве "потерянных" взаимосвязаны, и эта связь имеет причинно-следственный характер. В "военных" произведениях показаны истоки потерянности поколения: фронтовые эпизоды поданы всеми авторами жестко и неприукрашенно — вразрез с тенденцией романтизации Первой мировой в официальной литературе. В произведениях о "мире после войны" показаны следствия — судорожное веселье "джазового века", напоминающее пляску на краю пропасти или пир во время чумы.

Проблематика, занимающая "потерянных", тяготеет к изначальным мифологическим оппозициям человеческого мышления: война и мир, жизнь и смерть, любовь и смерть.

В чем видят смысл бытия выжившие на войне герои их произведений? В самой жизни, в жизни каждого отдельного человека, и, прежде всего — в любви. Именно любовь занимает главенствующее место в системе их ценностей. Любовь — это и творчество, и товарищество (человеческое тепло рядом), и природное начало. Помимо того, любовь — самое индивидуальное, самое личное, единственно тебе принадлежащее переживание, что для "потерянных" весьма важно. По сути, доминирующая идея их произведений — идея безраздельного господства частного мира.

Все герои "потерянных" строят свой, альтернативный мир, где не должно быть места "торгашеским расчетам", политическим амбициям, войнам и смертям, всему тому безумию, которое творится вокруг. Они, однако, сами чувствуют непрочность и уязвимость своей позиции. Невозможно абсолютно отгородиться от большого враждебного мира: он то и дело вторгается в их жизнь. Не случайно любовь в произведениях писателей "потерянного поколения" спаяна со смертью: она почти всегда пресекается смертью.

Смерти в романах, на первый взгляд, не имеющие никакого отношения к войне, оказываются связанными с ней накрепко. Эти безвременные и бессмысленные смерти выступают в романах "потерянных" своего рода художественным выражением мысли о неразумности и жестокости мира, о невозможности уйти от него, о недолговечности счастья.

Прозе "потерянного поколения" свойственна безошибочно узнаваемая поэтика. Это лирическая проза, где факты действительности пропущены через призму восприятия смятенного героя, очень близкого автору. Не случайно, излюбленная форма "потерянных" — повествование от первого лица.

Проза "потерянных" центростремительна: она не развертывает человеческие судьбы во времени и пространстве, а напротив, сгущает, уплотняет действие. Для нее характерен краткий временной отрезок, как правило, кризисный в судьбе героя.

Нельзя не заметить и определенного сходства сюжетных решений произведений писателей "потерянного поколения". Среди наиболее часто повторяющихся мотивов — кратковременное, но полное счастье любви ("Прощай, оружие!" Хемингуэя), тщетные поиски бывшим фронтовиком своего места в послевоенной жизни ("Солдатская награда" Фолкнера), нелепая и безвременная смерть одного из героев ("Великий Гэтсби").

Стиль "потерянных" также узнаваем. Типичная для них проза — это внешне беспристрастный отчет с глубинным лирическим подтекстом.

Большинству писателей "потерянного поколения" суждены были еще годы, а некоторым и десятилетия творчества. Общность "потерянных", их духовное братство, замешанное на молодой горячей крови, оказалось сильнее продуманных выкладок различных литературных групп, которые распадались, не оставляя следа в творчестве их участников.

«Век джаза» в творчестве Фицджеральда.

Фицджеральд как представитель «потерянного поколения» в литературе развивает в своих произведениях тематику мира после войны, так как сам Фицджеральд, уйдя в 1917 году добровольцем в армию, в боевых действиях так и не участвовал и уже в 1919 году был демобилизован.

Война закончилась победой, и тогда «Америка затевала самый грандиозный, самый шумный карнавал за всю свою историю». Название этому карнавалу — «Век Джаза» — придумал именно Фицджеральд, озаглавив вышедший в 1922 году сборник своих рассказов «Сказки Века Джаза». Век этот уложился в десятилетие двадцатых годов, «которое словно бы сознательно противилось тихому угасанию в собственной постели и предпочло ему эффектную смерть на глазах у всех в октябре 1929 года». «Эффектная смерть» наступила в «черный вторник» 29 октября 1929 года, когда обвальное падение курса ценных бумаг в храме американского бизнеса — нью-йоркской фондовой бирже на Уолл-стрит - погребло под собой обманное процветание «веселых двадцатых».

Но это случится через десять лет. А пока… Страну захлестнула волна кажущегося изобилия, роскоши и погони за развлечениями. Экономический бум, казалось, снял остроту социальных противоречий, и «Век Джаза» даже думать не хотел о политике.

Сам Фицджеральд и его жена Зельда, став после публикации первого романа одними из главных персонажей светской хроники, стали жить, что называется, напоказ: они наслаждались весёлой богатой жизнью, состоявшей из вечеринок, приёмов и путешествий на европейские курорты. Они постоянно «выкидывали» какие-нибудь эксцентричные выходки, которые заставляли говорить о них весь американский высший свет: то катание по Манхэттену на крыше такси, то купание в фонтане, то появление в голом виде на спектакле. При всём этом их жизнь состояла также из постоянных скандалов (часто на почве ревности) и непомерного употребления алкоголя, как у него, так и у неё.

Как скажет Фицджеральд, слово «джаз» в «Век Джаза» означало «сперва секс, затем стиль танца и, наконец, музыку». Нервные, пульсирующие ритмы джаза наиболее точно отвечали атмосфере лихорадочного веселья. Под эту музыку казавшиеся незыблемыми «моральные устои» пуританской Америки зашатались, а затем с оглушительным грохотом развалились. В моду вошли «неприличные» танго и тустеп. Танцевали ночи напролет, а рассвет встречали в ресторанах Бродвея и 42-й улицы. Ставший распространенным автомобиль подарил молодежи возможность при необходимости быстро и легко обрести уединение. «Сухой закон» лишь подстегнул тягу к «запретному плоду». Старшеклассницы по ночам читали «Любовника леди Чаттерлей» и в шестнадцать лет без труда отличали виски от джина в своем бокале. «Я целовалась с десятками мужчин, — говорит одна из героинь Фицджеральда. — Впереди, скорей всего, еще десятки».

Но во всем этом великом празднестве был привкус «нервной взвинченности», как будто поколение Века Джаза предчувствовало близкий конец карнавала и жадно стремилось жить сегодняшним днем, так как не верило в день завтрашний. Как мотыльки на огонь, мальчики и девочки «веселых двадцатых» летели к разочарованию и краху.

Фрэнсис Скотт Фицджеральд стал героем, пророком и живым символом «Века Джаза». В своей недолгой и непростой жизни он воплотил его легкомысленное изящество, мишурный блеск и внутреннюю тревогу, мучительное ощущение зыбкости и пустоты.

«Великий Гэтсби»: проблема героя.

Роман «Великий Гэтсби» вышел в свет 10 апреля 1925 года в Париже. Роман был запланирован в 1922 году, а работа над романом началась в 1923 году. Все это время семья Фицджеральдов путешествовала по Европе и Америке, и большая часть романа была написана во Франции.

Главный герой появляется в романе только в 3 главе, он – сосед Ника Каррауэя, молодого человека с Запада, от лица которого и ведется повествование.  На вилле у загадочного соседа Ника вечерами звучит музыка. В синеве сада вьются мужские и женские силуэты, звенят бокалы, слышится смех: здесь справляет бесконечный праздник нувориш, о котором пока известно только имя — Джей Гэтсби: «… По субботам и воскресеньям его «роллс-ройс» превращался в рейсовый автобус и с утра до глубокой ночи возил гостей из города или в город… А в понедельник восьмеро слуг, включая специально нанятого второго садовника, брали тряпки, швабры, молотки и садовые ножницы и трудились весь день, удаляя следы вчерашних разрушений  …Раза два или даже три в месяц на виллу являлась целая армия поставщиков … К семи часам оркестр уже на местах — не какие-нибудь жалкие полдюжины музыкантов, а полный состав: и гобои, и тромбоны, и саксофоны, и альты, и корнет-а-пистоны, и флейты-пикколо, и большие и малые барабаны».  Ник приходит «на вечеринку» и попадает в водоворот незнакомых лиц. Он пытается найти хозяина, но к кому ни обращается, никто не знает, как его найти. Зато слухов о Гэтсби — с избытком и немыслимых: « - Мне говорили, будто он когда‑то убил человека. Мороз побежал у нас по коже. Три мистера Брмр вытянули шеи, жадно вслушиваясь./ — А по-моему, вовсе не в этом дело, — скептически возразила Люсиль. — Скорее в том, что во время войны он был немецким шпионом./Один из мужчин энергично закивал в подтверждение./ — Я сам слышал об этом от человека, который знает его как родного брата. Вместе с ним вырос в Германии, — поспешил он нас заверить./— Ну как же это может быть, — сказала первая девица. — Ведь во время войны он служил в американской армии.  И наше доверие опять переметнулось к ней, а она торжествующе продолжала:/— Вы обратите внимание, какое у него бывает лицо, когда он думает, что его никто не видит. Можете не сомневаться, он убийца», и более реальных — что он «бутлеггер» (подпольный спекулянт спиртным — незаконный, но крайне доходный промысел в годы «сухого закона» в Америке).