Век джаза в романах Ф.С.Фицджеральда

Заключение.

В плане общей идеи «Ночь нежна» близко примыкает к «Великому Гэтсби». Но, конечно же, перед нами не повторение давних открытий — новое открытие.

Проще всего заметить известное расширение взгляда на мир. Если прежде внимание писателя было безусловно приковано к привилегированным слоям общества, то теперь он задумывается над истоками их неотразимого обаяния, стиля жизни и т. д. Иными словами — оборачивается в сторону «другой», трудящейся Америки. О Дэзи Бьюкенен говорится просто — в ее голосе «звенели деньги», за спиною же героини нового романа, Николь Дайвер, дочери неимоверно богатого магната из Чикаго, встает целая система общественных отношений: «Чтобы Николь существовала на свете, затрачивалось немало искусства и труда. Ради нее мчались поезда по круглому брюху континента, начиная свой бег в Чикаго и заканчивая в Калифорнии; дымили фабрики жевательной резинки, и все быстрей двигались трансмиссии у станков: рабочие замешивали в чанах зубную пасту и цедили из медных котлов благовонный эликсир; в августе работницы спешили консервировать помидоры, а перед рождеством сбивались с ног продавщицы в магазинах стандартных цен…— все они и еще многие платили Николь свою десятину».

Читатель «Великого Гэтсби» встречается с уже сложившимся историческим типом личности. Тот же, в существенных своих основаниях, тип предстает перед нами и в романе «Ночь нежна», но показан он как тип становящийся. Такой изобразительный ракурс и потребовал классической дистанции между героем и автором — последний пристально вглядывается в существо душевных превращений персонажа, сопровождает их оценками, вершит, короче говоря, суд.

Соответственно задаче произошли изменения и в иерархии действующих лиц. Бесспорно, центральная фигура предыдущего романа — Джей Гэтсби. Однако же он, как помним, может надолго выпадать из поля действия (да и появляется впервые лишь в третьей главе), и тогда наше внимание переключается на Дэзи и Тома, Джордан Бейкер и т. д. Аналоги этим фигурам нетрудно обнаружить и на страницах романа «Ночь нежна». Но о моральных нормах буржуазной публики писатель уже высказался бесповоротно, добавить ему тут нечего, разве что детали, пусть чудовищные, вроде кровосмесительной связи Уоррена с дочерью. Именно в силу своей повторяемости, привычности образы Николь и Бэби Уоррен, не говоря уж о Барбане, Норте, модном романисте Маккиско и других (независимо от меры их участия во внешнем действии), имеют более или менее фоновый интерес. А в фокусе неизменно остается один герой — Дайвер.

Мотив личной активности героя звучит в новом романе гораздо сильнее, нежели раньше. Горький опыт убедил Дайвера в том, что «мечта» — иллюзия, превратил идеалиста в реалиста, но не наделил достаточной духовной стойкостью, способной противостоять искушениям буржуазной моды. Была альтернатива — творчество или праздность, и герой сам сделал ложный выбор, который никакими ссылками на социальный опыт не оправдаешь. Так историческая беда человека, не утрачивая своей объективности, становится в то же время его личным заблуждением, трагической виной.

Творчество Фицджеральда своеобразно и оригинально, каждый год растет количество критических статей и монографий, посвященных творчеству этого писателя. Проблемы, поднятые автором в своих произведениях, актуальны сегодня, именно поэтому изучение его произведений может позволить взглянуть на окружающую нас реальность под другим углом.

Список литературы.

1.      Ф.С. Фицджеральд. Великий Гэтсби; Ночь нежна (пер. Е.Калашниковой); Рассказы. – М.: Художественная литература, 1985.

2.      Ф. С. Фицджеральд. Избранные сочинения в трех томах - М., 1977, т. 2.

3.      А.Н. Николюкин. Утраченные надежды (американская литература и крушение "американской мечты"). - М.: "Знание", 1984.

4.      А.Н. Горбунов. Романы Скотта Фицджеральда: Монография. – M., 1974. 

5.      http://fitzgerald.narod.ru

6.      http://www.licey.net/lit/american/lost