Шпаргалка по "История восточных славян"

В родовой общине все ее члены являются родственниками. Они ведут хозяйство сообща и вместе владеют имуществом, т.е. отсутствует имущественное неравенство; все члены рода могут иметь общее жилище; и даже едят из одного котла. Члены одного рода сообща выполняют трудоемкие работы; власть основана на авторитете . Переходной формой от родовой общины к соседской была сложная (большая) семья. Главой большой семьи чаще всего был мужчина. У восточных славян он получил наименование "большак", "старшой".У южных славян это "домачин", "домакин", "главатарь". Спутницей большака была большуха - главная женщина в доме. Она заправляла хозяйством внутри дома. Почет и уважение, оказываемые большухе являлся прямым наследием матриархата. После смерти мужа энергичная большуха нередко становилась главой рода - даже при наличии взрослых, женатых сыновей. Большак и Большуха не были в древности самовластными правителями семьи. Распоряжаясь трудом домочадцев, глава семьи не лежал весь день на лавке: он сам был первым работником, в любом деле показывал пример. Важнейшие вопросы, касавшиеся хозяйственной деятельности и личной жизни членов рода (вопросы брака) решали на семейном совете, он и был высшей властью. На совете мужчины и женщины имели равное право голоса, весомость каждого голоса определялось мерой личного авторитета. В большой семье не было ни брошенных стариков, ни покинутых детей. Все дети находились сперва под присмотром женщин, а по достижению определенного возраста мальчики поступали под опеку большака, девочки - в ведение большухи.

В соседской общине основу общности составляет не кровное родство, а близость проживания. Соседи ведут свое хозяйство индивидуально, господствует частичная собственность, но земля не является частной собственностью конкретного общинника, собственником земли считается вся община, поэтому периодически (8 - 15 лет) проводятся переделы участков. Пастбища, лесные угодья, места лова рыбы принадлежат всей общине. Выделялась родоплеменная знать - вожди (князи, князья) и старейшины. Они окружали себя дружиной, т.е. вооруженной силой не зависящей от воли народного собрания и способной принудить рядовых общинников к повиновению. Таким образом славянское общество подходило возникновению государственности.

Каждое племя имело своего князя. Князь опирался на дружину: профессиональных воинов. Их возглавлял воевода - второе лицо после князя. Дружинники должны были следовать за князем не только в бой, но и на тот свет, после смерти сопровождая своего вождя (на рисунке 2 изображена реконструкция захоронения князя. Он захоронен на нижнем уровне, выше расположены его приближенные. На самом верхнем уровне - лошади.). Князь обязан был одевать, вооружать и кормить дружину. Дорогую одежду и оружие дружина могла добыть в военных походах, но кормиться она должна была в своих землях. Князь и дружина не могли долго кормиться в одном и том же месте они постоянно должны были переезжать от одной общины к другой, чтобы у подвластного населения хватало продуктов. В это время у князей и их дружинников не было собственных земель, князьям принадлежали охотничьи угодья. Охота не была забавой она приносила мясо и меха. С подвластным населением у князя существовал договор о дани; в свою очередь должен был выступать судьей (разбирать тяжбы и конфликты) и защищать в случае внешней угрозы.

Каждое племя имело своего князя. Князь опирался на дружину: профессиональных воинов. Их возглавлял воевода - второе лицо после князя. Дружинники должны были следовать за князем не только в бой, но и на тот свет, после смерти сопровождая своего вождя (на рисунке 2 изображена реконструкция захоронения князя. Он захоронен на нижнем уровне, выше расположены его приближенные. На самом верхнем уровне - лошади.). Князь обязан был одевать, вооружать и кормить дружину. Дорогую одежду и оружие дружина могла добыть в военных походах, но кормиться она должна была в своих землях. Князь и дружина не могли долго кормиться в одном и том же месте они постоянно должны были переезжать от одной общины к другой, чтобы у подвластного населения хватало продуктов. В это время у князей и их дружинников не было собственных земель, князьям принадлежали охотничьи угодья. Охота не была забавой она приносила мясо и меха. С подвластным населением у князя существовал договор о дани; в свою очередь должен был выступать судьей (разбирать тяжбы и конфликты) и защищать в случае внешней угрозы.

7. Это объединительное движение вышло из Новгорода и во главе его стали варяжские князья, т. е. скандинавские конунги с их дружинами. Варяги-скандинавы уже давно посещали нашу страну для грабежа и сбора дани, а главным образом для торговли, и даже  стали осаживаться на постоянное житье в главных городах восточных славян. Их вожди конунги во второй половине IX века стали утверждаться в качестве местных вождей или князей в этих городах. Один из этих конунгов Олег, по-скандинавски Hilga, передвинулся со своей дружиной из Новгорода на юг, утвердился в Киеве, бывшем главным узлом торговых путей, ведших из Руси в Царьград, и, опираясь на многочисленный здесь скандинавский элемент, заставил себя признать главным вождем всего восточного славянства. Под его власть стали и другие варяжские конунги, утвердившиеся в городах восточных славян, и существовавшие у них кое-где племенные князья и старейшины. Вот почему и договоры с греками стали заключаться от имени «Олга, великого князя Русского и от всех, иже суть под рукой его, светлых и великих князь, и его великих бояр». Этот великий князь стал охранять торговлю восточных славян и отражать набеги кочевников, а по временам предпринимать и далекие походы для грабежа и добычи, как это было в обычае у норманнских конунгов. Торговля восточных славян стала теперь вестись под охраной особых экспедиций, снаряжавшихся князьями. Князья в течение зимы собирали дань с подвластного им населения — мехами, воском и медом. Весной, с открытием рек, князья нагружали собранную дань на лодки и отправляли из Киева вниз по Днепру целую флотилию судов. К княжеским лодкам присоединялись купеческие из Киева, Чернигова, Смоленска, Новгорода и других городов. Флотилию сопровождали вооруженные  люди. Когда суда достигали четвертого порога, купцы выгружали товар, высаживали скованных невольников и на расстоянии 600 шагов шли берегом. Здесь обыкновенно приходилось вступать в бой с поджидавшими их печенегами. Отразив варваров, русские садились вновь  на лодки, выходили в море и, следуя вдоль западного берега его, достигали Царьграда. Так рассказывает Константин Багрянородный в своем сочинении «Об управлении империей». Его рассказ подтверждается и договорами первых князей с греками, свидетельствующими, что в составе купеческих караванов, прибывавших из Руси, всегда были и княжеские корабли с послами князя. Кроме охраны торговли, князья стали отбивать и нападения кочевников на украйны славянской оседлости. Поэтому те славянские племена, которые подвергались нападению кочевников, охотно подчинились им; некоторые, впрочем, им пришлось «примучивать». Тем или другим способом, но, в конце концов восточное славянство объединилось под властью Киевского князя, и создался политический союз всех восточных славян.

8. В средине IX века у восточных  славян существовало два крупных  протогосударственных объединения: на основе полянского союза  в среднем Поднепровье с центром  в Киеве и в Поволхвье с  центром в Ладоге.

Причины возникновения государства у славян разнообразны:

1. сильная единоличная власть в лице варяжских князей, среди которых особо выделяется Рюрик;

2. экономические причины: развитие частной собственности — социальное расслоение;

3. угроза нападения со стороны кочевников.

Факт присутствия на Руси в IX-X вв. скандинавских дружинников-варягов, доказанный раскопками, и летописный рассказ о варяжском происхождении древнерусской правящей династии (Рюриковичей) породил длительную дискуссию между норманистами иантинорманистами. Сторонники "норманнской" версии образования древнерусского государства (немецкие ученые Г. Миллер, Г. Байер, А. Шлецер, работающие в России) преувеличивали роль скандинавов в славянском государственном строительстве. Их оппоненты недооценивали, а то и полностью отрицали положительную роль скандинавов в этом процессе, изображая их едва ли не шайками разбойников.

Сегодня эта проблема, появившаяся еще в XVIII в., потеряла остроту. Нет оснований замалчивать или недооценивать роль варягов в объединении славянских племен, их участие в борьбе с кочевниками и Византией. Однако никакое призвание князей не привело бы к образованию государства, если бы тому не созрели социальные, экономические и политические предпосылки у самих славян. Причиной призвания варягов следует считать их независимость от славянских родов, а значит, способность положить конец родовым усобицам в борьбе за власть. Вместе с тем сохраняется ряд разногласий по частным вопросам этой проблемы, в том числе о призвании Рюрика.

Согласно "Повести временных лет" (XII в.), в 862 г. внутри славянских племен начались распри, и тогда словени, кривчи, представители финно-угрких этносов чудь и весь отправили послов к варягам искать князя для разрешения внутренних конфликтов и защиты от шведских набегов. Предложение приняли Рюрик, севший княжить в Новгороде (тогда еще не существовавшем, ученые считают в Ладоге), Синеус (в Белооозере) и Трувор, севший княжить в Изборске. Преемник умершего в 879 г. Ририка Олег подчинил в 882 г. земли, лежавшие вдоль великого водного пути "из варяг в греки" (из Балтийского в Черное море), убив киевских князей Аскольда и Дира (тоже варяжского происхождения) и остался жить в Киеве. Вероятно, потенции государствообразования здесь были сильнее, чем в северном политическом объединении. Поэтому в 882 г. условно считается годом создания Древнерусского государства, Киевской Руси. После смерти Олега власть унаследовали сын Рюрика Игорь и его потомки Рюриковичи.

Что же качается происхождения термина "Русь", то его первое достоверное упоминание на юге Восточной Европы (в так называемом "Баварском хронографе", составленном между 811 и 821 г.) относится ко времени, когда присутствие норманнов в этом регионе еще не прослеживается. Вопрос остается дискуссионным.

В IX-X вв. шел процесс подчинения восточнославянских племен власти Киева: Олег подчинил древлян, северян, радимичей, часть кривичей, Игорь — уличей, его сын Святослав — вятичей. Покоренные племена нередко сохраняли самостоятельность (ими продолжали управлять собственные князья) и ограничивались выплатой дани, но позднее попадали под контроль княжеских наместников — представителей киевской династии. Дань собиралась киевскими дружинными отрядами, которые объезжали территории подчиненного союза, такой объезд со сбором дани назывался полюдье. В одних случаях ее нормы были фиксированными, в других — нет, взималась дань в натуральной или денежной форме. В 945 г. древляне восстали против киевского князя Игоря, нарушившего установленные нормы дани, и убили его. Вдова Игоря Ольга, мстя за смерть мужа, учинила жестокий разгром Древлянской земле, но заменила им полюдье свозом определенной нормы дани в указанные для этого места —погосты.

9. К моменту расцвета Киевской Руси ведущее положение заняли города, которым удалось совместить ряд функций.

Во-первых, возникнув в удобной географической точке, они стали торговыми и ремесленными центрами.

Во-вторых, это были города, ставшие административными, а если они были столицами княжений — и политическими центрами. Здесь находился княжеский двор, откуда он управлял землей и куда стекались налоги, сюда сходились военные отряды. Укрепленная часть города — кремль, детинец и его посадская часть, также нередко окруженная стенами, — придавала городам военно-стратегическое значение.

В крупных городах сосредоточивалась политическая жизнь. Но не только потому, что они служили княжеской резиденцией. В городе существовало народное собрание — вече. Средневековый город не был отгорожен, как в более поздние времена, от сельской округи. Напротив, связанный с ней тысячью нитями, он выступал как глашатай, выразитель воли всей земли-волости, с которой вынуждены были считаться местные князья и даже киевский князь.

В-третьих, города — это центры культурной и церковной жизни. В Киеве находился двор митрополита, в других крупных городах — кафедры епископов.

Соединение всех этих элементов отражалось даже на внешнем облике города. Здесь были дворы феодалов и купечества, духовенства и княжеской администрации. Но больше всего дворов было за посадско-ремесленным населением. По-видимому, ремесленники предпочитали селиться по профессиям. Историки спорят о существовании цехов в городах. Во всяком случае, профессиональная и территориальная общность располагала к совместным действиям.

10. Глава 1. «Норманнская теория» происхождения государства у восточных славян и ее критика в XVIII-XIX вв

1.1 Создание норманнской  теории в середине XVIII в: авторы,

источники, основные положения

В 30-40-ые годы XVIII в. российские ученые немецкого происхождения, служившие в XVIII в. в России, академики Петербургской академии наук Готлиб Зигфрид Байер[3], Герхард Фридрих Миллер и Август Людвиг Шлецер предложили так называемую «норманнскую теорию» происхождения древнерусского государства.

Основными источниками, на которые опирались первые российские академики, была, во-первых, Начальная летопись или «Повесть временных лет»[4]. Эта дошедшая до нас летопись излагает события русской истории до lдесятых годов XII века. Ее первая редакция была составлена около 1113 года Нестором, монахом Киево-Печерского монастыря, по заказу князя Святополка II Изяславича. Ее вторая редакция относится к 1116 году и была составлена Сильвестром, игуменом Киевского Выдубицкого монастыря, для Владимира Мономаха. А в 1118 году в Переяславле безымянным летописцем была создана третья редакция "Повести временных лет" для князя Мстислава Владимировича. На этом работа летописцев в 12 веке над текстом "Повести" не закончилась. Согласно вероятному предположению ряда ученых (М.Х.Алешковский и др.) в 1119 году пресвитер Василий, близкий к Владимиру Мономаху, в четвертый раз отредактировал текст "Повести временных лет" и его сохранила нам Ипатьевская летопись. Этот Василий - автор "Повести об ослеплении князя Василька Теребовльского", вошедшей в "Повесть временных лет".

В 1123 году в Переяславле епископ Сильвестр, бывший игумен Выдубицкого монастыря, скопировал текст Васильевой редакции. В процессе многократных переписок текст Васильевой редакции "Повести временных лет" вошел в состав Тверского свода 1305 года, который дошел до нас в Лаврентьевской летописи 1377 г. В составе этого Лаврентьевского списка – самого древнего из сохранившихся списков общерусской летописи[5] - дошла до нас «Повесть временных лет».

Во-вторых, в качестве источников, на которые опирались Байер, а за ним Шлецер и Миллер, можно назвать имена князей и дружинников указанные в договорах Олега и Игоря с Византией, а так же упоминания византийских писателей о варягах и Руси, Скандинавские саги, известия арабских писателей и финское наименование шведов Руотсы и название шведской Упландии Рослагеном.

Немалое внимание для подтверждения своей правоты сторонники норманнской теории уделяли известиям западных историков. Здесь в качестве основного источника можно назвать Бертинские летописи и сочинения епископа кремонского Лиутпранда, который дважды был послом в Константинополе в середине 10 века.[6]