Работающая
система идентификации “налоговых
убежищ”, не признаваемых го-сударством,
в совокупности с установлением пределов
налогового администрирования схем является
надежным ориентиром для участников рынка
при планировании инвестиций, позволяя
рассчитать их эффективность с учетом
налоговых доходов и оценить степень риска
спора с налоговым управлением.
Обозначенная
система “точечного” реагирования
на вновь создаваемые схемы
минимизации позволяет организовать
учет и анализ “налоговых убежищ”.
Право налогоплательщика оспорить
в суде решение об аннулировании
его налоговых доходов требует
наличия норм общего характера.
Налоговое
право и судебно-правовые доктрины
В США налоговое
право основано на статутах. Самым
значимым законодательным актом
является Налоговый кодекс, где
определены элементы федеральных
налогов, в том числе важнейшего
источника поступления в бюджет
– федерального подоходного налога.
Однако положения Налогового кодекса
недостаточно гибки, чтобы охватить весь
спектр операций, совершаемых налогоплательщиками,
которые в свою очередь тщательно планируют
операции, оформляя их результаты (в том
числе режим их налогообложения) в соответствии
с буквой закона. Если налоговая служба,
анализируя внешне законную налоговую
схему, в результате которой налогоплательщик
воспользовался установленными вычетами
и льготами, находит, что никаких иных
изменений экономического положения,
кроме полученных налоговых преимуществ,
у налогоплательщика не возникло, оспорить
полученные преимущества на основе положений
Налогового кодекса трудно, а иногда и
невозможно.
Неоднократно
делавшиеся попытки предусмотреть
в Налоговом кодексе определения
основных понятий, связанных с
явлением “налоговых убежищ”
(см., например, законопроекты “The American
competitiveness Act of 2002″ и “The American Jobs Creation Act
of 2003″), не нашли понимания у законодателя.
В этих условиях
аргумент, которым государство обосновывает
свою позицию в суде, звучит
так: налоговые вычеты и льготы
были использованы налогоплательщиком
в соответствии не только с
нормой налогового закона, но
и с целями законодателя, которыми
тот руководствовался при установлении
данных вычетов и льгот. Предполагается,
что любая налоговая преференция
имеет свою законодательную цель
(например, стимулирование роста
отдельных сфер экономики).
Данный аргумент
апеллирует к положением общего права
(the common law) – судебным прецедентам. Решениями
судебных инстанций сформулирован ряд
судебно-правовых доктрин, направленных
на аннулирование налоговых доходов от
нелегитимных “налоговых убежищ”, в том
числе следующие доктрины:
- фиктивных сделок
(a sham transaction);
- экономического
содержания сделки (an economic substance doctrine);
- деловой цели (a
business purpose);
- экономически
значимого дохода (an economic profit).
В обобщенном
виде положения названных доктрин
устанавливают принцип преимущества
экономического содержания деловой
операции над ее формой (a substance-over-form).
Применительно к налогообложению это
означает, что законодатель устанавливает
налоговый режим операции исходя из ее
экономического смысла, а не формы, в которой
она совершена. Следовательно, право на
использование налоговых вычетов и льгот,
заявленное налогоплательщиком, может
быть оспорено, если форма сделки не соответствует
ее фактическому содержанию.
Если налоговые
преференции четко установлены
нормой, например для стимулирования инвестиций
в низкорентабельные сферы экономики,
доктрина не используется.