Зарубежный опыт в решении социологической проблемы мулькультурализма

Как шаг  в сторону признания разнообразия может рассматриваться и создание Французского совета по делам мусульманского культа (CFCM), что является также одним из наиболее ярких проявлений политики Франции, обозначаемой как “мультикультурализм через религию”. В ряде случаев выход CFCM за теоретически предписанные ему рамки поощрялся французскими государственными деятелями, которые, в частности, рекомендовали совету выступить в роли посредника во время волнений в пригородах осенью 2005 г. Такие деятели, по всей вероятности, настроены к рассмотрению CFCM не только в качестве репрезентативного органа по вопросам культа, но и как посредника в процессе поддержания общественного порядка. Однако подобное возможно лишь при условии, что мусульмане Франции смогут единодушно признать Совет в качестве выразителя их мнений, что пока далеко не так.

Отмечу  еще один момент: после избрания Н. Саркози президентом впервые в правительство Франции вошли “цветные” французы, занявшие посты министра юстиции и госсекретаря при МИД.

С 1995 г. у  руля политики “позитивной дискриминации”, касающейся французов иммигрантского происхождения, стали и по-прежнему остаются представители правых партий (интересно, что при этом они пользуются лишь минимальной поддержкой французов магрибского происхождения, в большинстве голосующих за левых). Среди их наиболее масштабных проектов – выделение в рамках политики городского благоустройства “трудных городских зон” – Zones urbaines sensible (ZUS). Анализ списка ZUS показывает, что эти пригороды и кварталы в значительной степени заселены иммигрантами и их детьми, как, например, в Клиши-су-Буа под Парижем, где начались беспорядки осени 2005 г.

Таким образом, реализуемая политика по отношению  к меньшинствам за последние три  десятилетия претерпела значительные изменения, начиная от ортодоксального  республиканского подхода, не замечающего  никаких различий в рамках французского общества, к видению, обращающему куда большее внимание на реалии и проблемы, связанные с социальным разнообразием.

Переменам способствует и политика Европейского Союза, предполагающая принятие мультикультурных ценностей – борьбу против дискриминации и культурное разнообразие – как части европейской идентичности, что ставит под вопрос французскую традицию. Европейское гражданство, определяемое Маастрихтским соглашением, представляет альтернативную модель гражданской принадлежности, совместимую с другими идентичностями (в том числе двойное гражданство, полиидентичность), и учитывает новые концепции (например, гражданство не страны, а места проживания), открывая возможности для реализации политики мультикультурализма.

Однако  перемены эти в значительной степени  стали возможны лишь как ответ  на всплеск насилия. Именно беспорядки в пригородах осенью 2005 г. – “бунты отчаяния” – мобилизовали усилия властей и во многом определили сегодняшнюю политику Франции по отношению к иммигрантам и французам иммигрантского происхождения, а также способствовали осознанию во французском обществе масштабности стоящих перед ним вызовов. Проводимые меры как результат компромисса между республиканской традицией и коллективными идентичностями в рамках политики мультикультурализма по-французски не гарантирует ассимиляции французов иммигрантского происхождения, но могут способствовать обеспечению равных шансов, необходимых для успешной интеграции не столько “новых” французов во французское общество, сколько французского общества в целом.

Заключение

 Мультикультуралисты делают акцент на позитивных политических и социальных действиях, оперируя понятиями включенности и вовлеченности, признания, культурного плюрализма. Тем самым теория закладывает основы для политической практики, которая, в узком смысле, и рассматривается как мультикультурализм в современной политической дискуссии. Главная цель – организация совместного проживания и взаимодействия индивидов, групп, сообществ различной культурной и религиозной ориентации. Речь идет о налаживании механизмов совмещения разных ценностей, представлений, традиций, образов жизни в рамках гражданской нации. В числе аргументов сторонников мультикультурализма доктрины – возможность получить знания о других культурах и образах жизни. На основании таких знаний формируется открытость по отношению к “иным”, толерантность в публичной сфере, неприятие расизма и дискриминация в повседневном общении. В результате воспроизводится общее для национального государства пространство национальной и политической коммуникации.

Магистральным направлением остается экономическая, социальная и культурная адаптация и интеграция представителей инокультурных сообществ на индивидуальном уровне. Результатом начальной адаптации к жизни в принимающем сообществе должна стать функциональная интеграция, то есть овладение навыками, позволяющими обслуживать важнейшие жизненные потребности, и обеспечение работой. Успех самих мультикультурных практик может измеряться уровнем структурной интеграции этнических меньшинств – степенью их вовлеченности в образовательные и культурные инициативы, конкурентоспособности, преодоления их дискриминации на рынке труда, обеспечения им равных социальных гарантий. В ходе структурной интеграции этим меньшинствам открывается доступ к общественным ресурсам вне и помимо целевых социальных программ. Политико-правовая интеграция предполагает не только признание ими действующих правовых норм и выработку соответствующих форм социального поведения, но и вовлеченность в различные формы политического и гражданского участия. Социокультурная интеграция ориентирует на индивидуальную включенность в систему социальных отношений и в культурное поле принимающего общества. Такой уровень интеграции предполагает взаимодействие с местным сообществом. А по существу – активное участие в его повседневной жизни. В конечном счете интеграция предполагает полноправное участие во всех формах общественной жизни, но не требует отказа от собственной культурной идентичности, то есть не требует ассимиляции.

В реальной жизни различные уровни и формы  интеграции сосуществуют, но не все  становятся объектом регулирования. Наиболее проблематичен результат социокультурной интеграции. Ее успех во многом зависит от настроений и установок принимающего сообщества и в не меньшей степени от готовности представителей самих инокультурных групп к взаимодействию. При отсутствии такого движения навстречу реализация мультикультурных практик оборачивается консервацией исключенности во имя сохранения культурной идентичности.

Такая опасность  и есть, собственно, один из весомых  аргументов противников мультикультурализма в научном и экспертном сообществе. По мнению критиков мультикультурной доктрины, этот подход игнорирует социальные проблемы, подменяя необходимость их решения аргументами в пользу поддержания традиций и обычаев. Часть такого рода обычаев идет вразрез не только с привычными в Европе нормами бытового поведения, но и с укорененными там представлениями об этике и морали. Речь идет о несовместимых с правилами повседневного общежития религиозных ритуалах, о практике браков, предрешенных семьей, и многоженстве, об употреблении нетрадиционных продуктов. Возникающие этические коллизии создают трудности в отношениях между людьми, усиливают чувство незащищенности и социальной напряженности для тех, кто в повседневной жизни сталкивается с чуждыми привычной культуре проявлениями.

И сама концепция, и те результаты, которые приносит реализация мультикультурных практик, подвергаются все более массированной критике внутри самих западных обществ. Можно говорить о кризисе мультикультурной доктрины. При этом полемика перегружена не столько рациональными аргументами, сколько эмоциональными оценками. Но, хотя в последние годы мультикультурализм стал объектом самых ожесточенных дискуссий, альтернативных моделей интеграции инокультурных сообществ не найдено.     

Список литературы

1. Иноземцев В. Возвращение Европы. В авангарде прогресса: социальная политика в ЕС// Мировая экономика и международные отношения. – 2002. - №2. – С. 3-14
2. Семененко И. Интеграция инокультурных сообществ в развитых странах// Мировая экономика и международные отношения. – 2006. - №10. – С. 58-68
3. Стрельцова Я. О проблеме “национальной идентичности” во Франции// Мировая экономика и международные отношения. – 2006. - №7. – С. 23-32
4. Л.Р. Низамова Российские и западные трактовки мультикультурализма// Социологические исследования. - 2009. – № 10. – С. 80-89
5. Смирнов А.Н. Этничность и культурный плюрализм в контексте государственной политики// Политические исследования. – 2005. - №4. - С. 30-52
6. Скоробогатых Н.С. Австралийский мультикультурализм: путь к гражданскому согласию или к расколу общества?// Общественные науки и современность. – 2004. - №1. – С. 135-146
7. Дьяков К.Б. Особенности интеграции этнических и конфессиональных меньшинств во Франции// Социологические исследования. - 2008. – № 11. – С. 83-91
8. Лапицкий М.И. Национальная идея: специфика американского опыта// США – Канада: экономика, политика, культура. – 2006. - №9. – С. 64-81
9. Щедрина О.В. Возможна ли мультикультурная модель интеграции мигрантов в России?// Социологические исследования. - 2004. – № 11. – С. 67-75
10. Чандран Кукатас. Теоретические основы мультикультурализма. Электронный ресурс: http://www.inliberty.ru/library/study/327/
11. Абсалямова А. Мультикультурализм: к определению понятия // Alma Mater: Вестник высшей школы. - 2005. - N 5. - С. 27-31
12. Дринова Е.М. Религиозная структура как предмет политологического анализа// Социально-гуманитарные знания. - 2010. - N 2. - С. 288-296
13. Хабермас Ю. Религия, право и политика. Политическая справедливость в мультикультурном Мир-Обществе// Полис: Политические исследования. - 2010. - N 2. - С. 7-21
14. Попова О. В. Особенности политической идентичности в России и странах Европы // Полис: Политические исследования. - 2009. - N 1. - С. 143-157
15. Глушкова, С. И. Индивидуальные, групповые, коллективные и всеобщие права в условиях мультикультурализма// Полис: Политические исследования. - 2010. - N 6. - С. 131-140
16. Материалы "круглого стола" украинских и российских философов // Вопросы философии. - 2011. - N 9. - С. 3-33
17. Электронный ресурс: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D1%83%D0%BB%D1%8C%D1%82%D0%B8%D0%BA%D1%83%D0%BB%D1%8C%D1%82%D1%83%D1%80%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%D0%BC
18. Мамонова В.А. Мультикультурализм: разнообразие и множество. Электронный ресурс: http://credonew.ru/content/view/606/32/
19. Трещанин Д. Мультикультурализм — это тупиковая стратегия. Электронный ресурс: http://svpressa.ru/society/article/38872