Определение религиозного опыта

КОМИТЕТ ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ЛЕНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ

АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина

 

 

РЕФЕРАТ ПО ДИСЦИПЛИНЕ: РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ

НА ТЕМУ: ОПРЕДЕЛЕНИЕ РЕЛИГИОЗНОГО ОПЫТА

 

 

Подготовила:

 

Проверил:

Ст. преподаватель,

кан. философских наук

Бокова Ольга Анатольевна

 

 

 

 

 

 

 

Санкт-Петербург,

2014

СОДЕРЖАНИЕ

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

Основная особенность всей философии второй половины XX века заключается в признании того, что язык всегда используется для конкретной цели и в конкретном контексте, и что его значение проявляется в процессе использования. Поэтому философия религии должна начинаться с той же отправной точки, что и сама религия: с опыта. Затем она может перейти к рассмотрению языка религии и религиозных верований. Но эти верования будут поняты в корне неверно, если анализировать их в отрыве от их собственного религиозного контекста.

Многие люди во все исторические эпохи и во всех районах земного шара испытали на себе воздействие той реальности, о которой говорят религии. Их религиозный опыт был различен, но обладал и общими характеристиками. Самым интенсивным и неповторимо-индивидуальным был опыт великих основателей религий - Будды, Моисея, Иисуса Христа и Мухаммеда. Различия между религиями обусловлены различиями положенного в их основу религиозного опыта. Когда опыт основоположников стал достоянием широких масс людей, возникли стабильные формы и способы поклонения, сложились различные религиозно-символические системы.

Религиозный опыт воплощается в религиозных традициях, которые опосредуют опыт иной реальности, как для тех, кто никогда таким опытом не располагал, так и для тех, кто имел его, но всегда находился в опасности позабыть его. Религиозная традиция есть коллективная память тех моментов, в которые реальность иного мира врывается в преобладающую реальность повседневной жизни. Но традиция не только опосредует религиозный опыт, она его также приручает. По самой своей природе религиозный опыт является постоянной угрозой общественному порядку - не только в смысле того или иного социально-политического status quo, но также в более фундаментальном смысле жизнедеятельности. Религиозная традиция представляет собой защитный механизм, который рутинизирует религиозный опыт посредством институционализации. Такая рутинизация религиозного опыта является одной из наиболее фундаментальных социальных функций религиозных институтов.

Изучению проблемы опыта посвящены труды Дж. Локка, Д. Юма, И. Канта, И. Фихте, Ф. Шеллинга, Г. Гегеля, Ч. Пирса, Дж. Дьюи и др.

Вопросы, связанные с изучением религиозного опыта, рассматривали в своих работах У. Джемс, Ф. Шлейермахер, Р. Отто, С. Кьеркегор, М. Бубер, П. Тиллих, А. Уайтхед, Г. Геффдинг, Э. Бутру, Ч. Глок, Р. Старк, Т. О'Диа, М. Томпсон и др.

 

 

1. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ РЕЛИГИОЗНОГО ОПЫТА

Религиозный опыт (также духовный опыт, мистический опыт) — субъективный жизненный опыт встреч с высшей реальностью, чувство присутствия безграничной тайны в жизни человека, ощущение зависимости от божественной силы или от невидимого порядка вещей, чувство вины и страха перед божьим судом или внутреннее умиротворение в надежде на божественное всепрощение.

Проблема религиозного опыта становится одной из основных проблем философии религии после выхода книги У. Джеймса "Многообразие религиозного опыта", хотя уже в работах Г. Гегеля и, особенно, Ф. Шлейермахера она уже определённо обозначается. Тема религиозного опыта присутствует и в русской философии (В.С. Соловьёв). Но именно Джеймс сделал её центральной в своей философии религии, обозначив характерные черты религиозного опыта и поставив вопрос о соотношении индивидуального и социального (конфессионального) моментов этого опыта. У. Джеймс выделил следующие характеристики религиозного опыта: неизречённость, интуитивность, кратковременность, бездеятельность воли [6]. Эти характеристики послужили основой для формулирования следующих проблем, которые в ХХ в. решала как западноевропейская, так и русская философия:

1. Проблема специфики религиозного опыта: религиозный опыт - это всякий опыт, "объектом" которого является Бог (или нечто иное, сверхъестественное), или какое-то особое переживание, не имеющее ничего аналогичного в других видах опыта? Как следствие: религиозный опыт может быть понят в сравнении с другими видами опыта или он настолько специфичен, что может быть понят только сам из себя, т.е. он недоступен для понимания тех, кто его не испытывал?

2. Проблема структуры религиозного опыта: кто (или что) является "объектом" религиозного опыта, кто субъект религиозного опыта (индивид или конфессиональная группа), в чём особенность "переживания" этого опыта и каков его результат?

3. Проблема объективации религиозного опыта: каковы способы выражения религиозного опыта (языковые и внеязыковые), каким образом он воспринимается и распространяется в социальной среде?

4. Проблема гносеологического статуса религиозного опыта: имеет ли религиозный опыт познавательное значение, как это значение можно определить, каково соотношение познавательных моментов религиозного опыта (если они имеются) с данными других видов опыта и теоретической деятельности?

Другой специальной работой по теме религиозного опыта явилась книга Р. Отто "Священное", которая "повернула" философскую мысль, исследующую проблемы религии, в сторону феноменологических описаний религиозного опыта. Психологизм У. Джеймса и феноменологизм Р. Отто задали два главных вектора в западноевропейских и американских философских исследованиях религиозного опыта.

П.А. Флоренский, С.Н. Булгаков и С.Л. Франк "отталкивались" от концепции религиозного опыта У. Джеймса, давая собственное его понимание, в чём-то схожее с пониманием Джеймса, но имеющее иную мировоззренческую базу, а значит, и иные гносеологические и онтологические основания (последние из которых в теории Джеймса увидеть вообще невозможно). Общим для русских религиозных философов является то, что религиозный опыт, во-первых, не отделяется от мистического. Во-вторых, он понимается как мистический опыт встречи с Личностью Бога. Все другие виды опыта, относящиеся в современном религиоведении (которое в понимании характерных черт религиозного опыта недалеко ушло, как считает на основе анализа американских религиоведческих статей С.Н. Астапов, от теории У. Джеймса [2, с.25] к категории мистического опыта (онтический, или инстинктивный, и онтологический, или пантеистический - в классификации Л. Хаттаба [4], названные философы вообще не считают религиозным опытом.

У П.А. Флоренского и С.Н. Булгакова сердцевиной религиозного опыта выступает молитвенный опыт. Для Флоренского религиозный опыт - это непосредственное переживание Бога. Специфику этого опыта определяет его предмет, в остальном он такой же, как и другие виды опыта. Поэтому сам религиозный опыт постижим и описуем. Главными особенностями предмета религиозного опыта, по Флоренскому, выступают его трансцендентность для разума и субъектность. Бог переживается не как объект, а как субъект. Отношением, в которое вступает человек со сферой божественного, является любовь. Объективациями религиозного опыта, по Флоренскому, служат символы: вербальные (имена) и невербальные (как предметные, так и феноменальные ("знамения"), которые современное религиоведение вслед за М. Элиаде именует "иерофаниями"). Познавательное значение религиозного опыта Флоренский видит в том, что он позволяет преодолеть дискурсивность и антиномичность рассудка, чтобы увидеть "лазурь Вечности", т.е. познать то, что запредельно для мышления.

С.Н. Булгаков в понимании религиозного опыта более онтологичен, чем П.А. Флоренский, так как считает религиозный опыт опытом трансцендентации, в котором человек преодолевает (с Божьей помощью)"зияние" между миром и Богом. Это преодоление выступает онтологическим актом и захватывает человека всецело, а не только сферу чувств или сознания. Аналогии между религиозным опытом и другими видами опыта слабы и недостаточны, поскольку этот опыт апофатичен. Субъектами религиозного опыта являются человек и Бог, причём человек здесь предстаёт не как индивид, а как представитель человеческого рода - в этом заключается, по Булгакову, "кафоличность" религиозного опыта. Результатом этого опыта выступает то, что трансцендентный Бог становится имманентным. Как это происходит - великая тайна, определяющая апофатический характер религиозного опыта. Несмотря на специфику своего предмета и силу переживаний, религиозный опыт связан с другими видами опыта, поскольку субъектом всех видов опыта является человек. Входя в интегральную структуру человеческого опыта, религиозный опыт выполняет познавательную функцию. Он даёт знания о духовной жизни человека.

С.Л. Франк суть религиозного опыта усматривает в переживании трансцендентного (того, что отсутствует в эмпирическом опыте, неочевидно) как наиболее достоверного. Он обладает силой переживания, превосходящей силу любого другого опыта, поэтому является приоритетным для человека. Нельзя сказать, считает Франк, что этот опыт познаётся из себя самого, но нельзя сказать, что он познаётся в сравнениях с другими видами опыта. Он является базисным в процессе познания, поскольку всякий результат познания есть превращение трансцендентного сознанию предмета в содержание сознания. Такое превращение возможно лишь потому, что сознание индивида, есть часть Абсолютного сознания. Религиозный опыт познаётся как религиозный (т.е. в своих отличительных чертах) из других видов опыта, но познаётся, как оказывается, из самого себя. Спецификой религиозного опыта является общение с Богом (отношение "я - ты"), поэтому религиозный опыт по структуре интерсубъектен (человек - Бог), а его результатом становится "постижение Непостижимого". В отличие от П.А. Флоренского и С.Н. Булгакова С.Л. Франк считает, что человек, как субъект религиозного опыта, это конкретный индивид. Религиозный опыт носит индивидуальный характер, а религиозный коллектив (религиозная традиция) служит лишь хранительницей и передатчиком лучших образцов этого опыта. Так же, как Флоренский и Булгаков, Франк считает объективациями религиозного опыта символы, но не отводит их характеристике так много места в своём творчестве, как это сделали Флоренский и Булгаков.

Среди русских религиозных философов, писавших о религиозном опыте, особо выделяется И.А. Ильин, посвятивший религиозному опыту специальное произведение - "Аксиомы религиозного опыта", которое писал более 40 лет (1919-1951).

Вначале этого произведения Ильин производит преднамеренную редукцию религии к религиозному опыту: "Религия как человеческое состояние есть прежде всего религиозный опыт" [6]. О преднамеренности такого шага свидетельствуют два обстоятельства. Во-первых, религию Ильин понимает достаточно широко: "Религия есть всежизненная (в смысле сферы охвата) и живая (по характеру действия) связь человека с Богом, или человеческого субъекта с божественным Предметом" [4]. Во - вторых, Ильин почти в самом начале произведения обосновывает этот шаг: "Всякое религиозное верование и всякое религиозное делание, даже самое странное, тёмное, суеверное и с виду бессмысленное, имеет в своей основе особый религиозный опыт" [7]. Иначе говоря, И. Ильин видит в исследовании религиозного опыта исследование сущности религии.

Что такое религиозный опыт, по Ильину, оказывается понятным только по прочтении всего текста "Аксиом религиозного опыта". По сути, каждая глава книги открывает новые характеристики религиозного опыта. Это дало основание М.В. Никифорову считать, что в каждой главе Ильин формулирует новую аксиому религиозного опыта. Всего таких аксиом - 26 [7] (в книге 27 глав, но 27-я глава "Трагические проблемы религиозного опыта" посвящена основным трудностям религиозной жизни в современном обществе, т.е. служит обобщением религиозного опыта до уровня религиозной жизни).

Л.В. Василенко считает, что аксиомы религиозного опыта у Ильина - это то, что обеспечивает подлинность религиозного опыта [6]. Действительно, к аксиомам религиозного опыта сам Ильин относит духовное очищение, или катарсис (чувство собственного несовершенства, сменяемое чувством обновления), цельность веры (единство ума, сердца и созерцания, или, иными словами говоря, единство рациональной и эмоционально-волевой сфер), религиозную искренность и совестливость, молитвенное состояние, чувство единения с Богом или присутствия Бога, смирение (осознание человеком того, что "ему дано совершенствоваться, но не дано стать совершенным" [7], и отказ в результате этого от посягательств на собственную исключительность), трезвение, или "ясность созерцающего духа" (способность видеть истину в её Первоисточнике (Боге) и противостоять соблазнам выдать за истину иллюзии своего ума). Однако нам представляется методически оправданным использовать подход М.В. Никифорова в качестве схемы для исследования концепции религиозного опыта в философии И.А. Ильина. Эта схема позволяет видеть постепенное приращение характеристик религиозного опыта, которое осуществляет в своей книге Ильин.

1 аксиома. Религиозный опыт  субъективен, поскольку каждый человек  есть "личный, свободный и ответственный  дух", приходит к Богу своим  путём, воспринимает Бога "в пределах  своей субъективной и личной  человечности", и Бог открывается  одному человеку иначе, чем другому. С этим связаны самобытность  и своеобразие личного религиозного  опыта. По своему содержанию религиозный  опыт может быть предметным  и непредметным (фантастическим, химерическим) [6].

Таким образом, религиозный опыт следует признать субъективным, личным, человеческим, т.е. не сверхъестественным и запредельным, а значит, открытым для изучения. Эта методологическая установка, которую разделяет Ильин, сформировалась в западноевропейской философии (Ф. Шлейермахер, С. Кьеркегор, У. Джеймс, Р. Отто и др.), считавшей личные переживания религиозного человека основой религии. Однако рассуждения Ильина в отличие от западноевропейских философов не лежат в русле субъективизма. Несмотря на свою субъективность и уникальность, религиозный опыт, с точки зрения Ильина, имеет объективное содержание: он общ у разных индивидов, но не в силу идентичности религиозных переживаний, а в силу общности религиозных предметов, догм, книг, правил, слов, обрядов, зданий и священнослужителей.

2 аксиома. Религиозный опыт  есть состояние духовное, ему  принадлежит главное значение  и место в душе человека. Он  не может быть результатом  случайного интереса, моды, салонного  увлечения, любопытства и развлечения или делом практической пользы, расчёта и спекуляции, похоти и сладострастия. Признаком духовности религиозного опыта является благоговейное предстояние человека перед Богом, связанное с чувством подчинения и ответственности. Религиозный опыт - это опыт видения реальнейшего и лучшего путём "отвязывания" чувства и созерцания от внешнего мира и его закономерностей. Отсюда существует опасность "нетрезвой фантазии и неочищенного чувства" [7].