Византийская империя

           Независимо от того, что Максима Исповедника подверг  гонениям сам император Констант II, теоретические искания этого теолога отвечали  потребностям господствующего класса; без них, кстати говоря, было бы  невозможно проявление и "Источника знания" Дамаскина. Основой богословских построений Максима составляет идея  воссоединения человека с богом (через преодоление пропасти между духовным и плотским) как воссоединение первопричины всего сущего, целого с его частью. В восхождении к духовному активную роль Максим  отводил самому человеку, его свободной воле. Иоанн Дамаскин поставил перед собой и выполнил две основные задачи: он подверг острой критике врагов правоверия (несториан, манихеев, иконоборцев) и систематизировал богословие как миросозерцание, как особую систему идей о боге, сотворении мира и  человеке, определив его место в посюстороннем и потустороннем мирах. Компиляция (в соответствии с девизом Дамаскина "Не люблю ничего своего") на основе аристотелевской логики представляла основной метод его работы. Он использовал и естественнонаучные представления древних,  но тщательно отобрал из них, как и из догматов своих предшественников-богословов, лишь то, что ни в коей мере не противоречило канонам  вселенских соборов. В сущности творчество Дамаскина даже по средневековым меркам лишено оригинальности. Его труды сыграли крупную роль в идейной борьбе с иконоборчеством, но не потому, что содержали новые доводы в защиту традиционных представлений и религиозных обрядов, а благодаря устранению из церковных догматов противоречий, приведению их в стройную систему. Значительный шаг вперед в развитии богословской науки, в разработке новых идей, касающихся проблем соотношения духа и материи,  выражения мысли и ее восприятия, отношения бога и человека, был сделан  во время ожесточенных споров между иконоборцами и иконопочитателями. Но в целом вплоть до середины IX в. философы и богословы оставались в  кругу традиционных идей позднеантичного христианства.

           Идейная борьба эпохи  иконоборчества, принявшая острую  политическую форму, распространение павликанской ереси сделали совершенно очевидной необходимость повышения образованности духовенства и представителей высших слоев общества.

           В обстановке общего подъема духовной культуры новое  направление в научной и философской мысли Византии обозначилось в творчестве патриарха Фотия, сделавшего больше, чем кто-либо иной до него, для возрождения и  развития наук в империи. Фотий произвел новую оценку и отбор научных и  литературных трудов предшествующей эпохи и современности, основываясь при этом не только на церковном вероучении, но и на соображениях рационализма и практической пользы и стараясь посредством естественнонаучных знаний объяснить причины природных явлений. Подъем рационалистической мысли в эпоху Фотия, сопровождающийся новым нарастанием интереса к античности, стал еще более ощутимым в XI-XIIвв.

           Примечательно, однако, одновременно с этой тенденцией, как это весьма часто бывало в Византии, разрабатывались и углублялись сугубо  мистические богословские теории. Одной из таких теорий, созданной на  рубеже X-XI вв. и не получившей широкого признания в XI-XII вв., была определена крупная идейная и политическая роль в последующем: она легла в основу могущественного течения в православной церкви в XIV-XVI вв. - исихазма. Речь идет о мистике Симеона Нового Богослова,  развившего тезис о возможности для человека реального единения с  божеством, соединения чувственного и умственного (духовного) мира  путем мистического самосозерцания, глубокого смирения и "умной  молитвы". Еще во времена Фотия ясно обнаружились противоречия в интерпретации идеалистических концепций античности между приверженцами  Аристотеля и Платона. После эпохи длительного предпочтения, отдававшегося византийскими теологами учению Аристотеля, с XI в. в  развитии философской мысли наметился поворот к платонизму и  неоплатонизму.

           Ярким представителем именно этого направления был  Михаил Пселл. При всем своем преклонении перед античными мыслителями и  при всей своей зависимости от цитируемых им положений классиков древности Пселл оставался тем не менее самобытным ("артистическим") философом, умея, как никто другой, соединять и примирять тезисы античной философии и христианского спиритуализма, подчинять ортодоксальной догматике даже таинственные прорицания  оккультных наук. Однако, сколь ни осторожны и искусны были попытки интеллектуальной византийской элиты уберечь и культивировать рационалистические элементы античной науки, острое столкновение оказалось неизбежным: пример тому - отлучение от церкви и осуждение ученика Пселла философа Иоанна Итала. Идеи Платона были загнаны в жесткие рамки теологии. Рационалистические тенденции в византийской философии воскреснут  теперь не скоро, лишь в обстановке нарастающего кризиса XIII-XV вв., в особенности в условиях ожесточенной борьбы с мистиками-исихастами.

     2.3. Литература

     Общий упадок творческой активности в "темные века" с особой силой отразился  на состоянии византийской литературы. Вульгаризация, отсутствие литературного вкуса, "темный" стиль, шаблонные  характеристики и ситуации - все это утвердилось надолго как  господствующие черты произведений литературы, созданных во второй  половине VII- первой половине IX столетия. Подражание античным образцам уже не находило отзвука в обществе. Главным заказчиком и  ценителем литературного труда стало черное духовенство. Монахи были сплошь и рядом и авторами житий. Агиография и литургическая поэзия вышли на передний план. Проповедь аскетизма, смирения, надежд на чудо и потустороннее воздаяние, воспевание религиозного подвига - главное идейное содержание литературы этого рода.

           Особых высот византийская агиография достигла в IX столетии. В  середине X в. около полутора сот наиболее популярных житий были обработаны и переписаны видным хронистом Симеоном Метафрастом (Логофетом). Упадок жанра обозначился в следующем, XI в.: вместо наивных, но живых описаний стали господствовать сухая схема, шаблонные образы, трафаретные сцены жизни святых.

           Вместе с тем  житийный жанр, неизменно пользовавшийся широчайшей популярностью среди народных масс, оказывал заметное влияние на развитие византийской литературы и в X и в XI вв. Вульгаризация нередко сочеталась с яркой образностью, реалистичностью описаний,  жизненностью деталей, динамизмом сюжета. Среди героев житий нередко оказывались неимущие и обиженные, которые, совершая мученический подвиг во славу бога, смело вступали в борьбу с сильными и богатыми, с  несправедливостью, неправдой и злом. Нота гуманизма и милосердия -  неотъемлемый элемент множества византийских житий.

           Религиозная тематика доминировала в эту эпоху и  в поэтических  произведениях. Часть  их непосредственно относилась к  литургической поэзии (церковные песнопения, гимны), часть посвящалась, как и агиография, прославлению религиозного подвига. Так, Федор Студит стремился опоэтизировать монашеские идеалы и самый распорядок  монастырской жизни. Возрождение литературной традиции, заключавшейся в ориентации на шедевры античности и в их переосмыслении, особенно заметным стало в XI-XII вв., что сказалось на выборе и сюжетов, и жанров, и художественных форм.

           Как во времена античности, эпистолография, изобиловавшая реминисценциями из древней греко-римской мифологии, стала средством ярко эмоционального повествования, самовыражения  автора, поднимаясь до уровня изысканной прозы. Смело заимствуются в  этот период сюжеты и формы и восточной и западной литературы. Осуществляются переводы и переработки с арабского и латыни. Появляются  опыты поэтических сочинений на народном, разговорном языке. Впервые за  всю историю Византии начиная с IV в. оформился и стал постепенно  расширяться с XII в. цикл народоязычной литературы. Обогащение  идейного и художественного содержания литературы за счет усиления  народной фольклорной традиции, героического эпоса наиболее наглядно  предстает в эпической поэме о Дигенисе Акрите, созданной на основе  цикла народных песен в X-XI вв. Фольклорные мотивы проникают и в возродившийся в ту пору эллинистический любовно-приключенческий роман.

     2.4. Эстетика

           На второй период приходится также и расцвет византийской  эстетики. Развитие эстетической мысли в VIII-IX вв. было стимулировано  борьбой вокруг культовых изображений. Иконопочитателям пришлось  подытожить главные христианские концепции образа и на их основе  разработать теорию соотношения образа и архетипа, прежде всего  применительно к изобразительному искусству. Были изучены функции образа в духовной культуре прошлого, осуществлен сравнительный анализ  образов символических и миметических (подражательных), - по-новому осмысленно отношение образа к слову, поставлена проблема приоритета живописи в религиозной культуре.

           Наиболее полное развитие получило в ту эпоху антикизируещее  направление эстетики, ориентировавшееся на античные критерии  прекрасного. Возрождался интерес к физической (телесной) красоте человека; получала новую жизнь порицавшаяся религиозными ригористами эстетика эротизма; вновь пользовалось особым вниманием светское  искусство. Новые импульсы обрела также теория символизма, особенно  концепция аллегории; стало цениться садово-парковое искусство; возрождение коснулось и драматического искусства, осмыслению которого  посвящались специальные труды. В целом эстетическая мысль в Византии в VIII-XII вв. достигла, пожалуй, высшей точки своего развития, оказывая сильной влияние на художественную практику ряда других стран Европы и Азии.

     2.5. Изобразительное искусство

     Кризисные явления переходной эпохи в византийской культуре были особенно затяжными в  сфере изобразительного искусства VII-IX вв., на судьбах которого сильнее, чем в других отраслях, сказалось иконоборчество. Развитие наиболее массовых, религиозных видов  изобразительного искусства (иконописи и фресковой живописи)  возобновилось лишь после 843 г., т.е. после победы иконопочитания. Особенность нового этапа состояла в том, что, с одной стороны, заметно  возросло воздействие античной традиции, а с другой - все более  устойчивые рамки приобретал вырабатывавшийся в ту эпоху  иконографический канон с его устойчивыми нормами, касавшимися выбора сюжета, соотношения фигур, самых их поз, подбора красок, распределения светотеней и т.п. Этому канону в последующем будут строго следовать византийские художники. Создание живописного трафарета сопровождалось  усилением стилизации, призванной служить целям передачи через  зрительный образ не столько человеческого лика, сколько заключенной в  этом образе религиозной идеи. Достигает в тот период нового расцвета искусство цветного  мозаичного изображения. В IX-XI вв. реставрировались и старые  памятники. Возобновлялись мозаики и в храме св. Софии. Появились новые  сюжеты, в которых находила отражение идея союза церкви с государством.

           В IX-X вв. существенно  обогатился и усложнился декор рукописей, богаче и разнообразней стали книжные миниатюры и орнамент. Однако подлинно новый период в развитии книжной миниатюры приходится на  XI-XII вв., когда переживала расцвет константинопольская школа мастеров в этой области искусства. В ту эпоху, вообще ведущую роль в  живописи в целом (в иконописи, миниатюре, фреске) приобрели столичные  школы, отмеченные печатью особого совершенства вкуса и техники.

     2.6. Архитектура

           В VII-VIII вв. в храмовом строительстве Византии и стран  византийского культурного круга господствовала та же крестово-купольная композиция, которая возникла в VI в. и характеризовалась  слабо выраженным внешним декоративным оформлением. Большое значение декор фасада приобрел в IX-X вв., когда возник и получил распространение новый архитектурный стиль. Появление нового стиля было  связано с расцветом городов, усилением общественной роли церкви,  изменением социального содержания самой концепции сакральной  архитектуры в целом и храмового строительства в частности (храм как  образ мира). Возводилось много новых храмов, строилось большое число  монастырей, хотя они были, как правило, невелики по размеру. Помимо изменений в декоративном оформлении зданий, менялись и архитектурные формы, сама композиция строений. Увеличивалось значение  вертикальных линий и членений фасада, что изменило и силуэт храма. Строители все чаще прибегали к использованию узорной кирпичной кладки.  Черты нового архитектурного стиля проявились и в ряде локальных школ.  Например, в Греции X-XII вв. свойственно сохранение некоторой архаичности архитектурных форм (не расчлененность плоскости фасада, традиционные формы небольших храмов) - с дальнейшим развитием и ростом влияния нового стиля - здесь также все шире использовались узорный  кирпичный декор и полихромная пластика.

     2.7. Музыка

     В VIII-XII вв. оформилось специальное музыкально-поэтическое  церковное искусство. Благодаря его высоким художественным  достоинствам, ослабело влияние на церковную музыку музыки фольклорной,  мелодии которой ранее проникали ранее даже в литургию. В целях еще  большей изоляции музыкальных основ богослужения от внешних воздействий  была проведена канонизация лаотональной системы - "октоиха"  (восьмигласия). Ихосы представляли собой некие мелодические формулы. Однако музыкально-теоретические памятники позволяют заключить, что система ихосов не исключала звукорядного понимания. Наиболее  популярными жанрами церковной музыки стали канон (музыкально - поэтическая композиция во время церковной службы) и тропарь (едва ли не основная ячейка византийской гимнографии). Тропари сочинялись ко  всем праздникам, всем торжественным событиям и памятным датам. Прогресс музыкального искусства привел к созданию нотного письма  (нотации), а также литургических рукописных сборников, в которых  фиксировались песнопения (либо только текст, либо текста с нотацией). Общественная жизнь также не обходилась без музыки. В книге "О  церемониях византийского двора" сообщается почти о 400 песнопениях. Это и песни-шествия, и песни во время конных процессий, и песни при  императорском застолье, и песни-аккламации, и т.п.