Белое движение в России 1917-1922 г

Уже позже, после  окончания гражданской войны, видный русский философ и общественный деятель И.А.Ильин в статье «Белая идея» писал: «...неправда... будто белое дело «сословное» и «классовое», дело «реставрации» и «реакции». Мы знаем, что есть «сословия» и «классы», особенно сильно пострадавшие от революции. Но ряды белых борцов всегда пополнялись... совершенно независимо от личного и сословного ущерба, от имущественного и социального убытка. И в наши ряды с самого начала становились и те, кто все потерял, и те, кто ничего не потерял и все мог спасти. И в наших рядах с самого начала были... люди самых различных сословий и классов, положений и состояний; и притом потому, что белый дух определяется не этими вторичными свойствами человека, а первичным и основным — преданностью родине. Белые никогда не защищали... ни сословного, ни классового, ни партийного дела: их дело — дело России, Родины, дело русского государства». Символ веры белых армий — «Спасение Великой России».

Кроме национального, было еще сильно развитое религиозное  чувство. Это есть идея борьбы за дело Божие на земле; идея борьбы с сатанинским началом в его личной и в его общественной форме... Поэтому если белые берутся за оружие, то не ради личного или частного дела и не во имя свое: они обороняют дело духа на земле и считают себя в этом правыми перед лицом Божиим».

Таким образом, вся борьба белых с большевиками велась как бы исходя из двух начал: веры и государственности. Россия была для них не просто союзниками в  первой мировой войне по Антанте, территорией, где они родились и  выросли, а являлась, говоря словами Ильина, «национальным сосудом Духа Божия». Борясь за родину, белые сражались за силу и свободу русского духа. Белые не верили в справедливость насильственного уравнения и имущественного передела, а тем самым, в правоту социализма и коммунизма.

Они полагали, что  дело не в бедности или богатстве, а в том, как «справляется дух  человека со своей судьбой». Справедливость, по их мнению, это когда каждый человек  может трудиться и не опасаться  за результаты своего труда. Как следует из обращения Верховного главнокомандующего белыми армиями адмирала А.В.Колчака к войскам, объявленного в приказе №128 от 20 апреля 1919 г., перед ними ставилась задача добиться восстановления в стране «твердого законного государственного порядка, чтобы личность каждого и его имущество были неприкосновенны, чтобы каждый мог спокойно работать и пользоваться плодами своего труда».

Таким образом, идеология белого движения выражала интересы широких национальных кругов российского общества по созданию в  России государства на основе уважения к правам и свободам человека в союзе с наиболее передовыми странами мира и исходя из приоритета национальных интересов. Что касается отношения к большевистской партии, то ее деятельность признавалась преступной и антигосударственной, сеющей рознь и смуту среди народов России.

В белое движение ворота были открыты для всех, кто  признавал необходимым с оружием  в руках бороться против коммунистического  режима, независимо от пола, возраста, национальности, политических или религиозных убеждений, а также социального положения.

2.  Формирование Добровольческой армии

В разгар 1917 года русская  армия была захвачена национальной катастрофой. Митинговали полки, армия  разрушалась, отдельные личности, к  примеру, генерал-майор Антон Васильевич Туркул, стали формировать ударные батальоны.

Тем временем комитетчики  всячески оскорбляли солдат, не желавших присоединиться к «товарищам», бранили, что "ряжку в денщиках нажрал", доходило и до истязаний. У молодых  людей отбирали все обмундирование, сапоги, казенные подштанники, даже портянки, а выдавали самую ветошь. Хотя именно эта военная молодежь воевала на Карпатах в Первую Мировую войну (1914-1918), верная присяге и долгу, спящая теперь вповалку в братских могилах.

Русские солдаты, послушные  во всем, даже в самой смерти, верящие офицеру и верные ему всей душой, создали героическую молодежь, для которой солдат всегда был младшим братом, - героическую молодежь, три года отбивавшую от советского рабства Россию. Они бились за русский народ, за его веру, свободу и душу, чтобы он, обманутый, не стал советским рабом.

Сибиряки, крепкий народ, - ходили в атаку с иконами поверх шинелей, а иконы большие, почерневшие, дедовские. Сибирский стрелок бьет редко, да метко. Он всегда норовит стрелять по прицелу. Про сибиряков недаром говорят, что они белке в глаз метят, чтобы шкурки не испортить. Губительную меткость их огня и боевую выдержку отмечают, как известно, многие военные писатели, и среди них генерал Людендорф.

1. Дроздовцы

 «Между  ними не было политических разнотолков. Все одинаково понимали, что большевики - не политика, а беспощадное истребление самих основ России, истребление в России Бога, человека и его свободы»

Генерал-майор Антон Васильевич Туркул – «Дроздовцы в огне»

К зиме, среди тяжелого развала, тягостного бессмысленного гама митингов и кишащих солдат оставаться было невозможно. Тогда генерал-майор Туркул и еще девять офицеров решили пробраться на Дон, о котором доносились глухие слухи. Капитан Кавтарадзе, грузин, расстрелянный позже грузинами же, предложил ехать в отряд полковника Дроздовского, формируемый в Яссах, чтобы идти на Дон к генералу Корнилову.

Михаил Гордеевич Дроздовский  окончил Военную академию, участвовал в японской войне добровольцем в 34-м Сибирском полку, был ранен, на большой войне командовал 60-м Замостским пехотным полком, а когда был начальником штаба 64-й пехотной дивизии, сам повел в Карпатах в атаку два полка и снова был ранен.

Дроздовский был выразителем  всеобщего вдохновения, сосредоточием  мыслей, сошедшихся в одну мысль  о воскресении России, волей борьбы за Россию и русские победы.

Тогда о Дроздовском  ни Туркул, ни девять других офицеров совершенно ничего не знали. Поручик Турбин съездил  и доложил, что отряд Дроздовского действительно есть. Тогда все  решили ехать к Дроздовскому, чтобы пробиваться к Корнилову отрядом, а не одиночками, что было куда тяжелее.

Позже генерал-майор Туркул запишет в своих мемуарах следующий  диалог с матерью:

- Я ухожу с Дроздовским.  В поход.

- Какой поход? Войны  больше нет. Все развалилось,  все кончено...

- Это хуже войны.  Дело идет о существовании  России.

Появился выбор: или  Россия и человеческая жизнь в  России будут взяты белыми с боя, или Россия и вся жизнь в  ней будут замучены большевиками. Тогда было много русских войск  в Румынии, но сверху никто не отдавал приказа о создании добровольческих отрядов. Больше того, русское командование растерялось. Бригады добровольцев формировались в Кишиневе, в Яссах и под Яссами, на станции Скинтея. Третья бригада полковника Дроздовского стояла на этой станции.

В феврале румыны начали вести переговоры о сепаратном мире. Тогда-то растерявшимся русским  командованием был отдан предательский  приказ о расформировании русских  добровольческих частей. Приказ этот отдал генерал Кельчевский, перешедший позже к большевикам. Бригады в Кишиневе и в Яссах приказу подчинились и были распущены. В 3-й, Скинтейской, бригаде полковник Дроздовский созвал командный состав, прочел приказ о расформировании и сказал:

- А мы все-таки пойдем...

Ни одного мнения не было подано против. Как и Корнилов, дроздовцы восстали против революции. Они не только не подчинились приказу, но спешно выступили со станции Скинтея в Яссы. Сосредоточились у Ясс на вокзале Сокола. Там к ним подошла одна офицерская рота из бригады, расформированной в Яссах. Рота тоже не подчинилась приказу. Они стали военными бунтовщиками. Белыми.

Было решено не допускать  разоружения. 26 февраля 1918 года бригада  русских добровольцев полковника Михаила  Гордеевича Дроздовского начала свой поход; Туркул шел фельдфебелем 2-й  офицерской роты. В Кишинев они пришли эшелонами. Там подождали, пока подойдут последние эшелоны, и вот - поход начался.

                                                       Дроздовцы. 1918 год.

Было около тысячи бойцов. Никто не знал, что впереди. Знали одно: идут к Корнилову. Впереди - сотни верст похода, реки, бескрайние степи, половодье, весенняя грязь и враги со всех сторон, свои же, русские враги. Впереди - потемневшая от смуты, клокочущая страна, а кругом растерянность, трусость, шкурничество и слухи о разгуле красных, о падении Дона, о поголовном истреблении на Дону Добровольческой армии. Дроздовцы были совершенно одни, и все-таки шли. Между ними не было политических разнотолков. Все одинаково понимали, что большевики - не политика, а беспощадное истребление самих основ России, истребление в России Бога, человека и его свободы.

Свой известный дневник  Дроздовский начал в походе, и  записи его дневника - заветы Дроздовского - сегодня живы так же, как и  в те дни, когда полк по степям шел  на Дон:

1. "Только смелость и твердая воля творят большие дела. Только непреклонное решение дает успех и победу. Будем же и впредь, в грядущей борьбе, смело ставить себе высокие цели, стремиться к достижению их с железным упорством, предпочитая славную гибель позорному отказу от борьбы".
2. "Голос малодушия страшен, как яд".
3. "Нам остались только дерзость и решимость".
4. "Россия погибла, наступило время ига. Неизвестно, на сколько времени. Это иго горше татарского".
5. "Пока царствуют комиссары, нет и не может быть России, только когда рухнет большевизм, мы можем начать новую жизнь, возродить свое отечество. Это символ нашей веры".
6. "Через гибель большевизма к возрождению России. Вот наш единственный путь, и с него мы не свернем".
7. "Я весь в борьбе. И пусть война без конца, но война до победы. И мне кажется, что вдали я вижу слабое мерцание солнечных лучей. А сейчас я обрекающий и обреченный".

Обрекающий и обреченный. Он таким и был. Он как будто  бы переступил незримую черту, отделяющую жизнь от смерти. За эту черту  повел он и нас, и, если мы пошли за ним, никакие страдания, никакие жертвы не могли нас остановить. Именно в этом путь Дроздовского: "через гибель большевизма к возрождению России, единственный путь, наш символ веры".

Белая идея не раскрыта до конца и теперь. Белая идея есть само дело, действие, самая борьба с неминуемыми жертвами и подвигами. Белая идея есть преображение, выковка сильных людей в самой борьбе, утверждение России и ее жизни в борьбе, в неутихаемом порыве воль, в непрекращаемом действии.

В страстную субботу, 22 апреля 1918 года, вечером, началась атака Ростова. Белые заняли вокзал и привокзальные улицы. На вокзале, где от взрывов гремело железо, лопались стекла и ржали лошади, был убит пулей на перроне начальник генерального штаба полковник Войналович. Он первый со 2-м конным полком атаковал вокзал. За ним подошла 2-я офицерская рота. Большевики толпами потекли на Батайск и Нахичевань. Со стороны Батайска стреляет бронепоезд красных. На самом рассвете большевики подтянули подкрепления из Новочеркасска. В те мгновения боя, когда белые несли тяжелые потери, к Дроздовскому прискакали немецкие кавалеристы. Это были офицеры германского уланского полка, на рассвете подошедшего к Ростову. Германцы предложили свою помощь. Дроздовский поблагодарил их, но помощь принять отказался.

Красные наступали. На наступающих  двинулась кавалерия, бронеавтомобиль  и конно-горная батарея. Их не ждали  ни донцы, ни красные. Атака обратила красных в отчаянное бегство.

На третий день Пасхи, 25 апреля 1918 года, Новочеркасск был  освобожден.

Белые вошли в Новочеркасск по приказу донского походного атамана Попова, когда восставшие казаки еще отбивались от красных на горевшей от артиллерийского огня Хотунке. Красных вместе с ними со стороны города атаковало несколько лихих казачьих сотен, а со стороны Александро-Грушевска подоспел на призыв Попова донской отряд полковника Семилетова.

С офицерская рота колесила по улицам. Это была военная хитрость донского командования. Белых было мало, но они должны были проходить  так, чтобы их появление в разных местах города могло создать впечатление, будто бы их много.

Через неделю после освобождения города донским атаманом избрали  генерала Петра Николаевича Краснова. На площади, у Кадетской рощи, был  большой парад. Дроздовский отряд  построился на правом фланге. К концу стоянки донское командование просило их остаться в составе Донской армии. Дроздовцам предложили быть Донской пешей гвардией. Полковник Дроздовский поблагодарил за предложение, но приказал отряду готовиться к походу на соединение с Добровольческой армией, стоявшей тогда под станицей Мечетинской.

2. Корниловское выступление и отзвуки его на Юго-западном фронте.

«Создание единой, действительно независимой  от Советов сильной национальной власти, которая могла бы возродить  армию и спасти страну от грядущего  ей холода и голода, - вот требование, единогласно выдвинутое все страной» - Кадетская «Речь»

Новый пост Верховного главнокомандующего давал Корнилову  возможность реализовать разрабатываемую  правыми программу национально-государственного спасения России. В Корниловское движение были вовлечены различные по своему влиянию и возможностям политические силы. Ядро его составляли Союз офицеров армии и флота, действующий консервативно в Ставке, Союз георгиевских кавалеров, Совет союза казачьих войск, группа крымовской организации и члены Республиканского центра, тесно связанного с промышленно финансовыми кругами.

Выдвинутые  Корниловым меры по наведению порядка  в армии  были обнародованы в его телеграмме в Ставку 16 июля и сводились к следующему:

1. Укрепление власти войсковых начальников всех уровней при сохранении института комиссаров и солдатских комитетов, но с урезанными полномочиями.
2. Распространение закона о смертной казни (восстановленной  на фронте решением временного правительства 12июля 1917 г.) и на тыловые части.
3. Воспрещение в действующей армии митингов и собраний всякого рода агитации, в особенности большевистской направленности.