Философия Фрэнсиса Бэкона

Автор: Пользователь скрыл имя, 15 Апреля 2014 в 17:30, доклад

Краткое описание

Для того, что бы лучше понять какую роль играет философия Фрэнсиса Бэкона в философии в целом, я решила прочитать одно из его сочинений: «О достоинстве и приумножении наук. Том 1. Книга 1». Для начала хотелось бы вспомнить что Фрэнсис Бэкон жил в XVII веке, когда еще государством правили цари, и свое сочинение он адресовал Государю, таким образом он хотел принести своему царю и государству в целом некую пользу. Сам Бэкон в начале сочинения говорит, что каждый поданный должен принести некий «дар» своему Государю и, по мнению Бэкона, нет лучшего приношения, чем данное сочинение, где он хочет донести до самого Государя и скорее всего, до нас, своих будущих читателей, о «выдающейся роли знания и наук во всех областях жизни, а также о заслугах тех, кто с большей энергией и настойчивостью прилагает все силы для их развития».

Файлы: 1 файл

Философия.docx

— 82.28 Кб (Скачать)

 

 

Ведение.

   Для того, что бы  лучше понять какую роль играет  философия Фрэнсиса Бэкона в  философии в целом, я решила  прочитать одно из его сочинений: «О достоинстве и приумножении  наук. Том 1. Книга 1».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1.

   Для начала хотелось  бы вспомнить что Фрэнсис Бэкон  жил в XVII веке, когда еще государством правили цари, и свое сочинение он адресовал Государю, таким образом он хотел принести своему царю и государству в целом некую пользу. Сам Бэкон в начале сочинения говорит, что каждый поданный должен принести некий «дар» своему Государю и, по мнению Бэкона, нет лучшего приношения, чем данное сочинение, где он хочет донести до самого Государя и скорее всего, до нас, своих будущих читателей, о «выдающейся роли знания и наук во всех областях жизни, а также о заслугах тех, кто с большей энергией и настойчивостью прилагает все силы для их развития» [стр.84, том 1, книга 1]. Но все же, я считаю, что в своем сочинении Бэкон, в первую очередь, старается «защитить» науки от тех порицаний, с которыми «против них выступает невежество, проявляющееся в разных видах: то в зависти теологов, то в высокомерии политиков, то, наконец, в заблуждениях и ошибках самих ученых» [ стр.86, том 1, книга 1]. Далее Бэкон рассматривает каждое, по его мнению, «заблуждение» детально и раскрывает каждое из них, чтобы доказать их ложность. И начал он с того, что большинство теологов считают, что «знание относится к тем вещам, которые можно допускать только в небольших дозах и осторожно, что чрезмерное стремление к знанию явилось первородным грехом, который привел к падению человека, и что и теперь в нем останется нечто от змея – искусителя, так как, продвигаясь вперед, оно ведет у высокомерию» [стр. 86, том 1, книга 1]. Каким же образом Бэкон раскрывает ложность данной теории? В первую очередь, Бэкон говорит о том, что защитники этого положения не понимают, что знание, которое привело к падению человека, «было не тем чистым первозданным естественным знанием, благодаря свету которого человек дал имена животным, приведенным к нему в раю, каждому сообразно его природе, а тем высокомерным стремлением к познанию добра и зла, с помощью которого он хотел изгнать бога и сам установить себе законы и уж конечно, наука не обладает такой силой (как бы велика она не была), которая могла бы наполнить дух человеческий высокомерием, ибо ничто, кроме самого бога и созерцания бога, не может наполнить дух и расширить его» [стр.88, том 1,книга 1]. И выявил пределы, поставленные человеческому знанию, во - первых мы не должны видеть счастье только в науке и забывать о том, что мы смертны; во – вторых, мы должны использовать наше знание так, чтобы оно рождало не беспокойство, а спокойствие души; и в – третьих, не нужно считать, что мы можем с помощью созерцания и размышления над природой проникнуть в божественные тайны.

   Следующее, что Бэкон  решил до нас донести, было  те возражения, которые выдвигают  против науки политики. Они сводились  к том, что «искусства изнеживают  людей, делают их неспособными  к военному делу и безразличные  к воинской славе, он также  оказывают вредное влияние и  в области политики: одни в  результате чтения различных  книг становятся слишком любопытными, другие, пытаясь следовать строгим  правилам, - слишком упрямыми, третьи, стремясь подражать великим примерам, - слишком надменными, четвертые – слишком экстравагантными в силу необычности или недостижимости избираемых примеров; и вообще науки вредны по одному тому, что отвлекает людей от политических и общественных дел, вселяя в них жажду покоя и уединения, кроме того, в делах государственных науки и искусства приводят к ослаблению порядка , гражданской дисциплины, ведь каждый скорее склонен к спорам и рассуждениям, чем к повиновению. В ложности теории политиков, Бэкон очень интересно приводит в пример знаменитых полководцев, обуславливая это тем, что одни и те же люди, равно как и одни и те же эпохи, могли прославиться как в военном деле, так и в науках и искусствах. В пример Бэкон приводит двух знаменитых полководцев, Александр Великий и диктатор Юлий Цезарь, первый – ученик Аристотеля, второй – соперник Цицерона в красноречии. Также Бэкон приводит не только отдельных людей, а целые эпохи – «ведь у египтян, ассирийцев, персов, греков и римлян те самые эпохи , которые прославились военными деяниями, не в меньшей степени были знамениты и благодаря наукам; так что в одно и то же время жили и величайшие писатели и философы, и знаменитые вожди и полководцы» [стр. 91, том 1, книга 1]. Ведь на самом деле, если подумать, то в человеке сила духа и сила тела зреют почти единовременно, так и «в государствах военная и научная слава ( из которых первая зависит от тела, а вторая от духа) или существуют одновременно, или близко следуют одна за другой».

   Бэкон стремиться  разумно рассуждать о таком  абсурдном, по моему мнению, положению  о том, что «науки сродни безделью  и переполнят душу сладостью  покоя и уединения» [стр. 93, том 1, книга 1]. Сам же Бекон отзывается об этом положении так: «Одни только ученые получать удовольствие от трудов и научных занятий, как от действий, согласных с природой и не менее полезны для ума, чем физические упражнения для тела, думая о самом деле, а не о той выгоде, которую оно может принести, так что из всех людей они самые неутомимые, если только дело таково, что захватывает и увлекает их ум».  И все же понятно, что многие придерживаются мнения что, науки отнимают слишком много времени, того времени которое можно было бы потрать более разумно. И конечно многие задавались вопросом: Если есть у человека свободное время, когда он не занимается своей основной деятельностью, чем лучше заняться в эти свободные часы? Для занятий науками или для наслаждений? Духовным или чувственным устремлениям? На эти вопросы Бэкон решил ответить словами Демосфена Эсхину, человеку всегда предававшемуся чувственным наслаждениям : «Но, - сказал он, - есть большая разница между тем, что делаю я и что делаешь ты при свете дампы». Что означает, что « не следует опасаться, что занятия наукой мешают практической деятельности; наоборот, они удерживают ум от безделья и стремления к удовольствиям, которые в противном случае незаметно охватывают его к ущербу и делам, и науке».

   Следующий положение, которое сам Бэкон назвал «в  какой-то мере заслуженной», ставится  в упрек ученым людям, состоит в том, что они «собственные интересы и собственную безопасность приносят в жертву интересам и чести своей родины или своих государей» и здесь Бэкон ссылается на слова Демосфена, которые он говорил афинянам : «Если вы всерьез поразмыслите, то поймете, что советы мои не таковы, чтобы я благодаря им возвысился среди нас, а вы сами стали предметом насмешек для греков; наоборот, весьма часто они самому мне грозят опасностью, для вас же всегда полезно использовать их»[ стр.100, том 1, книга 1].  А также приводит в пример известного Сенека, который после своего правления, не переставал честно и бесстрашно давать советы своему господину, уже «запятнанную всеми пороками и преступлениями, несмотря на ту опасность, которая грозила ему и в конце концов привела его к гибели».Таким образом, Бэкон убеждает нам, что такие люди не дадут себя убедить в том, что увеличение собственного благополучия может считаться превыше всех благ, «поэтому они и живут таким образом, как будто собираются давать отчет сначала перед богом , а затем уже перед своими господами, т.е. либо перед государями, либо перед государствами, следуя принципу «я принес тебе пользу», а не принципу «я принес себе пользу»(конец цитаты).

   Последнее заблуждение, рассмотрением которого, Бэкон закрывает вопрос о заблуждениях в области науки и ученых, заключается в том, что «ученые не всегда заботятся о соблюдении приличий в вещах, по существу незначительных и внешних( выражение лица, жесты, походка, манера разговаривать и т.п.)». Конечно, Бэкон абсолютно твердо утверждает, что данное суждение глубоко ошибочно, и в полюбившей ему манера, в пример приводит знаменитых людей, а именно о похвале, которой удостаивает Платон своего учителя Сократа, «по его словам весьма напоминающего баночки торговцев лекарствами, на которых снаружи нарисованы обезьяны, совы, сатиры, внутри же содержатся драгоценные жидкости и великолепные лекарства, иными словами, он заявляет, что в нем, в его внешности есть некоторые несерьезны и даже уродливые черты, которые и бросаются прежде всего в глаза толпе и служат предметом сплетен, но глубины его духа заключают в себе величайшие способности и добродетели». После столь яркого и понятного всем примером и сказать нечего.

   Стараясь разоблачить  все ложные представления о науке и ученых, Бэкон все же напоминает, что ни в коем случае не ставит под свою защиту некоторые грязные и недостойные обычаи ученых, например, обычаи, присущие философам позднего периода, которые жили в богатых семья, питались с их стола и которых по праву называли бородатыми паразитами. Но в основном, как сам говорит Бэкон, «ничто не наносит такого вреда, как грубая и отвратительная лесть, на службу которой весьма многие, и не только люди невежественные и неученые, поставили свои перья и таланты, превращая, как говорит Дю Бартас: « Гекбу в Елену, Фаустину в Лукрецию»(конец цитаты)»[стр.102, том 1, книга 1]. Еще Бэкон размышляет о том, почему же большинство философов посвящают свои труду богатым, могущественным людям. Ведь Дюген отвечая на насмешливый вопрос: «Почему философы идут за богатыми, а не богатые за философами?», сказал: «Это происходит потому, что философы хорошо знают, в чем они нуждаются, богатые же этого не знают».

Глава 2.

   После рассуждений о заблуждений о самой науке и ученых, Бэкон решил поговорить о ошибках и ненужных рассуждениях, которые встречаются в самих исследованиях ученых. Первостепенной своей задачей Бэкон ставит не защитить сами эти заблуждения, а именно выделить какие из этих заблуждений являются здравыми и твердыми, и защитить их от клеветы. И начал Фрэнсис Бэкон с того, что разделили все бесполезное и ненужное в науке, что главным образом дает повод для нападок на нее, на три категории. «Первое – это, если можно так выразиться, «наука фантастическая», второе – «наука сутяжная» и третье – «наука, подкрашенная и изнеженная; или можно сказать так : пустые мечтания, пустые пререкания, пустые аффектации»[стр. 104, том 1, книга 1]. Причина «науки подкрашенной и изнеженной » заключалась в том, что, чтобы народ заинтересовать и произвести на него впечатление необходимы были «пылкость и выразительность речи на сходках, а это требовало доступного народу красноречия». Итак люди стали обвинять науку в том, что она уделяет в первую очередь внимание словам, а не самому делу, в доказательство этой теории Бэкон приводит множество примеров: « Тогда Штурм без устали тратил бесконечные усилия на изучение оратора Цицерона и ритора Гермогена. Тогда же Кар и Ашэм у нас в Англии, превознося до небес Цицерона и Демосфена в своих лекциях и сочинениях, увлекли молодежь к этому изящному и процветающему роду науки. А Эразм решил вывести свою насмешливую Эхо: «Десять лет потратил я на чтение Цицерона», а Эхо ответило «Осел» (конец цитаты) [стр. 105, том 1, книга 1]. Рассуждая на счет этой категории, Бэкон пишет, что само по себе это не может серьезно подорвать авторитет и значение науки даже в глазах необразованной толпы, хотя этот стиль в какой – то мере мешает тщательному исследованию истины и живому стремлению у философии. Следующую категорию Бэкон назвал «сутяжной утонченностью т.е. излишними ухищрениями в споре». О данной категории Бэкон говорит так: «…люди обычно склоны вообще отвергать истину из-за тех споров, которые ведутся вокруг нее, и считают, что все те, кто никогда не может договориться друг с другом, просто заблуждаются; и когда люди видят, как ученые сражаются друг с другом из-за вещей, не имеющих никакого значения, они сразу же вспоминают слова Дионисия, сицилийского тирана: «Это болтовня  стариков, которым нечего делать»(конец цитаты) [стр. 108, том 1,книга 1]. Последнею категорию, считающуюся самой отвратительной, так как касается лжи и заблуждений, что разрушает саму природу и душу науки, Бэкон назвал «наукой фантастической»,что главным образом основана на обмане и доверчивости, вторая обманывается, первый обманывает. «Готовность верить и принимать с легкостью что угодно бывает двух родов в зависимости от от объекта веры; ведь верят либо рассказу или факту, либо какой-то догме.<…> В первом случае мы видим, что естественная история включает много несерьезного материала, взятого без всякого отбора и оценки, как об этом ясно свидетельствуют сочинения Плиния, Кардана, Альберта и большинства арабских авторов, книги которых полны нелепых и фантастических рассказов, не только не точных и малообоснованных, но и заведомо лживых и явно вымышленных, что наносит огромный ущерб авторитету естественной философии в глазах людей строгих и здравомыслящих. <…> Другой вид легковерия, которое распространяется не на историю или повествование, а на науки и теорию, т.е. речь идет о том, что мы слишком доверяем либо самим наукам, либо деятелям этой науки. Самих же наук, опирающих скорее на фантазию и веру, чем на разум и доказательства, насчитывается три: это – астрология, естественная магия и алхимия. Причем цели этих наук отнюдь не являются неблагородными» [стр. 110, том 1, книга 1].

  В заключении, могу сказать что, все то, о чем я написала в своем докладе является только ничтожно малой частью тех трудов, которые написал Фрэнсис Бэкон, и если найдется человек, заинтересованный в том, чтобы более детально изучить его философию, может взять в нашей библиотеке его сочинения, состоящие из двух томов, или же прочитать его интереснейшую работу под название «Новая Атлантида», которая представляет собой философскую утопию, а также другие его произведения. Если честно, мне самой не очень интересна наука, но мне было не скучно читать Первую книгу, по которой я делала данную работу, так как Бэкон размышляя о проблемах философии приводил не только интересные примеры из истории известных людей, но и позволяет задуматься о том, что те самые проблемы и заблуждения, что существовали в семнадцатом веке, относительно науки и философии, наблюдается и в нашем поколении, и все те проблемы, что он затрону в этой работе, актуальны до сих пор.

  

  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Ф. Бекон «Сочинения»  Том 1,2 – Изд.: Мысль,1977-1978 гг.

2. В.В. Соколов «Европейская философия XV –XVII веков». Издание третье, исправленное. Москва «Высшая школа» 2003 г.

3. Д. Реале и Д. Антисери  «Западная философия. От истоков  до наших дней». Книга 3. ТОО ТК  «Петрополис» С.-Петербург, 1996 г.

 

 

 


Информация о работе Философия Фрэнсиса Бэкона