Адвокатская этика

      Четвертым принципом является принцип корпоративности, т.е. общности профессиональных интересов. Этот принцип определяет особый характер взаимоотношений между адвокатами. При осуществлении своих профессиональных обязанностей адвокат, руководствуясь требованиями закона, отстаивает свою позицию и в то же время, как член адвокатского сообщества должен действовать в интересах этого сообщества.*(84) Принцип корпоративности также означает, что все вопросы в органах самоуправления адвокатского сообщества должны разрешаться в интересах всего коллектива с максимальной пользой для каждого из адвокатов.

      Из  принципа корпоративности вытекает право осуществления контроля за соблюдением корпоративных правил адвокатского сообщества его членами. В частности, с этим принципом связана возможность адвокатского сообщества в установленном порядке рассматривать вопросы, связанные с дисциплинарной ответственностью адвокатов, право квалификационной комиссии давать заключение о наличии или отсутствии в действиях адвоката нарушения норм кодекса профессиональной этики адвоката.

      Пятый принцип - равноправие, выражается в  том, что лицо, принятое в установленном  порядке в адвокатское сообщество является полноправным его членом и с этого момента наделяется определенными правами и несет определенные обязанности.

      Из  этого принципа также вытекает важное правило, согласно которому никто из членов адвокатского сообщества не имеет  каких-либо преимуществ перед другими. Права всех адвокатов гарантируются равным образом.

      В третьей части статьи 3 Закона об адвокатуре определяются основные направления деятельности органов государственной власти в содействии адвокатскому сообществу при осуществлении адвокатами их профессиональных функций. Как указано в законе, такое содействие осуществляется в целях обеспечения доступности для населения юридической помощи. Оно выражается в том, что органы государственной власти обеспечивают независимость адвокатуры, осуществляют финансирование деятельности адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а при необходимости выделяют адвокатским образованиям служебные помещения и средства связи. Направления этой деятельности более детально отражены в иных законах и нормативно-правовых актах. Так, в соответствии с Федеральным Законом от 8 января 1998 г. N 7 "О судебном департаменте при Верховном Суде РФ" это учреждение взаимодействует с адвокатурой по вопросам надлежащего обеспечения деятельности судов.

      В соответствии с постановлением Совета Министров - Правительства РФ, Министерство финансов РФ обязано предусматривать  в проектах бюджета выделение средств на оплату труда адвокатов по защите лиц, освобожденных полностью или частично органом дознания, предварительного следствия, прокурором или судом, в производстве которых находится уголовное дело, от несения расходов на оплату юридической помощи, а также при участии их в производстве дознания, предварительного следствия или в суде по назначению.

      Вопросам  взаимодействия с адвокатурой уделяется  достаточно внимания в Приказах и  распоряжениях министерств и  ведомств, связанных с правоохранительной деятельностью. Закон об адвокатуре определяет, что каждому адвокату гарантируется социальное обеспечение, предусмотренное для граждан Российской Федерации. Из этого следует, что на адвокатов распространяются требования Трудового Кодекса, иных законов и нормативно-правовых актов, регламентирующих вопросы труда, отдыха и социального обеспечения. Очевидно, что возникающие сегодня трудности формулирования и утверждения в повседневной практике норм адвокатской этики нельзя рассматривать в отрыве от общей ситуации в России, которая, увы, еще весьма далека от демократического и правового государства.

      Согласно ч. 2 ст. 13 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Закон об адвокатуре) претендент, успешно сдавший квалификационный экзамен, получает статус адвоката и становится членом адвокатской палаты со дня принятия присяги следующего содержания: "Торжественно клянусь честно и добросовестно исполнять обязанности адвоката, защищать права, свободы и интересы доверителей, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и кодексом профессиональной этики адвоката". Согласно ч. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре адвокат обязан "честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами".

      Если  подойти к этим словам со всей серьезностью, абстрагировавшись от прижившихся  в нашей стране двойных стандартов поведения, то возникает вопрос: что  такое честная адвокатура?

      Само  закрепление этических норм и принципов поведения человека в тексте федерального закона порождает несколько вопросов. Во-первых, корректно ли такое закрепление само по себе? Во-вторых, является ли законодательное закрепление норм морали следствием "упадка" авторитета последних в обществе?

      Цитируя правила, изложенные советом адвокатской  корпорации Франции еще в 1820 г., М. Малло приводит принципы, оберегающие  честь адвокатуры: умеренность, бескорыстие, честность. Так, А.Д. Бойков резонно  отмечает: "Нынешний читатель спросит: разве же эти принципы не обязательны для любого государственного чиновника, общественного деятеля, политика? Конечно, обязательны! Но применительно к адвокатуре они наполняются особым смыслом и содержанием".*(85)

      По  мнению профессора А.Д. Бойкова, профессиональные и нравственные качества адвоката - это далеко не врожденные свойства личности. Они формируются воспитанием, обучением, кадровым отбором, контролем со стороны коллег и руководящих органов адвокатуры.*(86)

      120 лет назад Г. Джаншиев в своем  труде "Ведение неправовых  дел (Этюд по адвокатской этике)" написал о том, что самый  жизненный, самый кардинальный  для адвокатуры вопрос - возможна  ли, мыслима ли честная адвокатура, - остается спорным, неразрешенным даже в теории, даже in abstracto. По его мнению, никто не спорит с тем, что честная адвокатура, имеющая в виду не только частные цели и интересы клиентов, но и общественную пользу, интересы правосудия, желательна и полезна. "Утверждают, что такая адвокатура немыслима в действительности, неосуществима на практике и идет вразрез с организационными законами ее; что адвокатура по природе своей всегда вносит в храм правосудия торг совестью и тайный безнаказанный подкуп суда, - пишет Г. Джаншиев. - Так могут говорить только те, которые не имеют понятия ни об истории адвокатуры, ни о целях и задачах, поставленных ей жизнью и законом".*(87)

      Г. Джаншиев выделял и другой существующий в его время оттенок воззрений, согласно которому развитие адвокатуры как учреждения, имеющего свои особые обязанности перед обществом, воспринималось как предмет ненужной роскоши, "как земляника в январе месяце". Мало того, по мнению некоторых представителей этих воззрений, предъявлять адвокату такие требования означает одно - покушение на свободу действий и убеждений адвоката.

      Дискуссия о характере и задачах адвокатской  деятельности возникла довольно давно. О двух противоположных взглядах на данный вопрос писал, в частности, еще А.Ф. Кони. Один - защита есть общественное служение, адвокат не слуга своего клиента - он бескорыстен в материальном отношении (выделено мной - Л.Г.) и независим в своих убеждениях.

      Думается, что бескорыстие в материальном отношении, учитывая (а как можно  их не учитывать?) современные условия российской действительности может из теоретического постулата перейти в практическую плоскость только тогда, когда ему будет предшествовать независимость адвоката в материальном отношении. Другими словами, если адвокат независим в материальном отношении, то он может быть бескорыстен в материальном отношении. Может ли быть адвокат с весьма немногочисленной клиентурой, находящийся в постоянном поиске "заработка" (причем деньги - не самоцель, а средство прокормить семью), бескорыстным в материальном отношении и независимым в своих убеждениях? Жизнь каждый день дает ответы на этот вопрос.

      Второй  взгляд на вопрос о характере и  задачах адвокатской деятельности заключается в том, что "адвокат  есть производитель труда, составляющего  известную ценность, оплачиваемую эквивалентом в зависимости от тяжести работы и способности работника, он служит ближайшим интересам клиента, не заглядывая за далекий горизонт общественного блага".*(88)

      В 1861 г. Депп писал: "Имея множество  конкурентов, ходатаи по делам должны, разумеется, безразлично браться за всякое дело, не рассуждая о том, правое ли оно или неправое, тем более что они не отвечают перед законом за ведение неправого дела".

      "Такое  отношение ходатая к своему  доверителю, - продолжил Депп, - унижает достоинство человека, потому что он подчиняется совершенно чужой воле (выделено мной - Л.Г.) и часто бывает защитником неправды, лжи, обмана, ложно истолковывая закон, для того, чтобы дать господство неправде; в этом заключается главнейшая причина, почему ни один порядочный человек не возьмется за ходатайство по делам".*(89)

      Из  этого можно сделать по крайней  мере два вывода.

      1. Автор этих изречений объясняет  невозможность следования ходатаями  моральным принципам двумя субъективными факторами: конкуренцией на рынке таких услуг (необходимостью заработать себе на пропитание, прокормить семью) и отсутствие страха перед наказанием за ведение так называемого "неправого" дела.

      2. Ходатай становится "рабом"  своего доверителя (получив или заручившись денежным вознаграждением), который поставил перед ним конкретную цель (выиграть его дело в суде), не интересуясь в большинстве случаев, какими средствами и способами она может быть достигнута. Доверитель, как правило, не знаком с юриспруденцией, и для него главное - результат.

      Признание материального стимула в адвокатской  деятельности, равно как и того положения, что адвокат - представитель  интересов клиента, оплачивающего  его работу, а не общества в целом, тем более - государства, что он вовсе не помощник суда, однако, не привели к отрицанию ни общественного служения, ни благородства профессиональных целей. Утверждение о недопустимости отождествления труда адвоката с коммерческой деятельностью торговца или ремесленника стало за три с лишним века едва ли не общим местом в работах по адвокатуре.*(90)

      Приведем  пример. При рассмотрении гражданского дела о выселении в результате представленных истцом доказательств  стало вполне очевидно, что в деле имеются все законные основания для удовлетворения иска. Однако адвокат ответчика в прениях, используя все свое профессиональное мастерство, настойчиво обосновывает несостоятельность доказательств истца, "переворачивает" с ног на голову все факты. Как оценить действия адвоката, который, внутренне понимая, что процесс будет проигран, объективно оценивая доказательства истца и прогнозируя решение суда, все же настойчиво пытается, используя казуистические приемы и крючкотворство, переубедить судью (и даже самого себя), "сыграть на эмоциях"? Для чего это делается и как может быть оценено? Является ли такое поведение ремесленничеством ("отрабатыванием" денег или последней попыткой "приблизиться" к обещанному гонорару) либо творчеством, которым адвокат пытается даже при наименее выгодных для доверителя обстоятельствах до конца "держать позиции", не капитулировать?

      Согласно  п. 5 раздела "Профессиональная деятельность" Свода фундаментальных принципов  и основных норм поведения адвоката*(91) адвокат не должен советовать или использовать нечестные способы и приемы борьбы. В работе адвокат должен проявлять компетентность, старательность, осторожность и здравый смысл (п. 8). Адвокат не должен преднамеренно затягивать процесс, "запутывать" допрашиваемых лиц, вторгаться в их личную жизнь или наводящими вопросами "вытягивать" из них ту информацию, которая может подорвать доверие суда к их показаниям. Противоречат здравому смыслу и этике такие приемы, как преувеличение значения мелких деталей и упущений в показаниях свидетеля с целью опорочить его показания в целом. Адвокат должен проявлять объективность и здравый смысл. Любой адвокат хочет выиграть свое дело. Но какими средствами?

      К примеру, как оценить действия адвоката по гражданскому делу, когда он, имея на руках важное доказательство, намеренно "придерживает" его до последнего момента с той лишь целью, чтобы подорвать доверие суда к показаниям свидетелей со стороны ответчика? Например, когда речь идет о доказывании факта непроживания ответчика в квартире, свидетели с его стороны единогласно подтверждают факт такого проживания, а адвокат истца, в распоряжении которого находится договор аренды, по которому ответчик сдавал квартиру третьим лицам (а следовательно, сам там жить никак не мог), предоставляет суду этот договор только после допроса свидетелей. Как охарактеризовать такие действия адвоката? Как нечестные и далекие от этических принципов профессии или как творческий подход к решению проблемы? Думается, на этот вопрос в адвокатском сообществе нет однозначного ответа.