Контрольная работа по "Социологии"

Рис. 1 Категориальное пространство самоопределения  науки психологии

В чем смысл такого построения? Вероятно, прежде всего, в  том, что в результате соотнесения  представлений о психологии как  субъекте познания с представлениями  об ее объекте, предмете и методе, можно  будет получить более цельную  картину основных определений данной науки.

Попытаемся пунктирно  наметить векторы, позволяющие увидеть  эти категории в их содержательном соподчинении и взаимодополнении, «в их единстве, но не тождестве».

1. «Психология и ее объект». Психология (если ее признавать самостоятельной наукой) выступает субъектом познания. Специфическим объектом для нее служит независимо существующая от нее психическая реальность. Качественная особенность психологии состоит в том, что она как субъект познания в принципе совпадает со своим объектом: субъект познает самое себя путем созерцания и созидания, через «самооткровение возможных самопревращений». При этом психология может утрачивать свой субъектный статус, если, например, будет скатываться к субъективизму, если какая-нибудь другая наука сделает психологию своим придатком или если по какой-либо странной причине объект (психика) начнет мимикрировать, перерождаться, превращаться в иную реальность.
2. «Субъект и предмет психологии». Это смысловой и целевой вектор психологии. Если свой объект психология по определению как бы находит в готовом виде, то свой предмет она конструирует и определяет для себя самостоятельно в зависимости от сложившихся теоретико-методологических установок (онтологических и гносеологических, аксеологических и праксеологических и др.), а также внешних условий (например, господствующей философской доктрины, политического режима, уровня культуры). В этом смысле можно говорить, что предмет психологической науки может претерпевать изменение в зависимости от характера социокультурных трансформаций.
3. «Объект и предмет психологии». Если объект психологии репрезентирует психическую реальность во всей ее полноте и предполагаемой целостности как отдельное сущее, предмет этой науки несет в себе представление о том, что составляет квинтэссенцию психического, определяет его качественное своеобразие. Полагая, что качество субъектности наиболее адекватно репрезентирует сущностный потенциал психического и обнаруживает его онтическую несводимость к иным реалиям, логично утверждать, что именно понятие субъектности содержательно конституирует предмет психологии, утверждая ее в статусе самостоятельной науки.
4. «Объект и метод психологии». Метод науки должен быть релевантным той реальности, которую предполагается с его помощью изучать. То есть, если объектом науки является психика, то метод ее должен быть собственно психологическим, не редуцированным к методам физиологии, социологии, философии и других наук. Именно поэтому А.Пфендер основным методом психологии считал «субъективный метод», который внутренне защищен от субъективистских ярлыков и который не менее «объективен», чем самые объективные методы, применяемые в науках о природе [см. 3].
5. «Субъект и метод психологии». Задача психологии как субъекта познания не только констатировать необходимость соответствия метода ее объекту, но и конституировать, открыть, произвести и применить его в научной практике. Потому, метод, как и предмет, является функцией субъекта, изменяющимся и развивающимся продуктом его творческих усилий. При этом важно выдерживать категориальную субординацию и не позволять методу определять и, тем более, подменять предмет психологии. Развитие методологии может стимулировать развитие теории, успех в разработке метода науки может обусловить новое видение ею своего предмета. Но только обусловить и не более.
6. «Предмет и метод психологии». Эта пара в своем существовании и развитии онтологически как бы зависит от объекта, а гносеологически определяется субъектом познавательного процесса. Предмет не статичен, он есть движение проникновения субъекта познания в сущность психической жизни. Метод есть путь, по которому субъект (психология) направляет это движение внутри объекта (психики). Если в определении своего предмета психология восходит к качеству субъектности, то и в основу построения своего метода она должна положить принцип субъектности, «выражаться в категориях субъекта, взятого в соотношении с его жизнедеятельностью» [1, c. 211].

Итак, обращая взор на то, что составляет ее фундамент  и делает ее самодостаточным субъектом познания, психология вряд ли может сегодня позволить себе нечеткость, двусмысленность в определении своего объекта, предмета и метода. Как свидетельствует проведенный анализ [См. 4, 5, 6], эта проблема в той или иной степени всегда обращала на себя внимание психологов. Однако, с одной стороны, значительные различия, возникшие за последнее время в теоретических взглядах и методологических подходах, а, с другой, - общее снижение интереса к всякого рода «философствованию» и «теоретизированию» в связи с ростом прагматистских ориентаций, приводят к тому, что представления о предмете и методе психологии в своей совокупности составляют сегодня нечто такое, к чему, скажем, трудно применить слово «гештальт». При этом способ рассмотрения этих судьбоносных для нашей науки вопросов ныне строится преимущественно по принципу проб и ошибок или по принципу «встряхивания», успешно применяемого в детском калейдоскопе. Достаточно встряхнуть смесь «осколочков» от марксистской, экзистенциальной, феноменологической, глубинной, вершинной и других психологий и, в результате, можно получить иногда простую, иногда довольно сложную, но, что важно, всегда непредсказуемую, а значит, - новую комбинацию. Сколько встряхиваний - столько новых представлений о предмете и методе психологии. Если же умножить количество встряхиваний на количество встряхивающих, то получается вполне «постмодерный» портрет предмета и метода науки психологии, с его «симулякрами» и «ризомами», а также недвусмысленными намеками, в духе М.Фуко, по поводу «смерти субъекта».

В своем исследовании мы придерживаемся традиционной ориентации, отдавая предпочтение в определении  предмета психологии «сущностному»  подходу, который в данной работе находит свою содержательную конкретизацию  в представлении о человеке как  субъекте психической жизни. Этот понятийно-категориальный конструкт выполняет особую роль сущностно-предметной линзы-матрицы, через  которую психология как субъект  всматривается и проникает в  свой объект. В этом смысле даже простейшие, генетически исходные психические  феномены могут быть адекватно «распредмечены», если рассмотрение их производится в  контексте субъектно-психологической  предметной парадигмы - как фрагменты  или моменты движения к субъектности - высшему сущностному критерию определения  качественного своеобразия психического.

Принцип субъектности составляет то «внутреннее условие» в научной психологии, через которое  она «преломляет» противостоящую ей психическую действительность как  объективно и независимо от нее существующее сущее.

Предметное значение категории субъектности заключается  в том, что в нее как в  точку может сворачиваться и  из нее же может разворачиваться  вся психическая вселенная. Она  вбирает в себя, «снимает в себе»  все сущностные определения психического во всей его полноте и многообразии проявлений.

«Восходи - нисходя», - учил известный индийский философ  и психолог Шри Ауробиндо Гхош. Данная формула помогает наглядно представить  связь, которая существует между  объектом и предметом психологической  науки. «Нисходя» в свой объект, психология погружается в бездонные глубины  психической жизни, открывая там  для себя все новые феномены, устанавливая новые закономерности, одновременно уточняя и проясняя открытое прежде. Однако, все эти результаты проникновений  в глубины и просторы психического (что выступает предметом конкретных научных изысканий) она не только хранит для себя, не только делится  ими с другими науками или  дарует их общественной практике, но отправляет, образно говоря, «наверх», в «Лабораторию исследования сущности психического и  предельных возможностей его развития». Почему именно так называется эта  «Лаборатория»? Почему при определении  сущности психического, возникает вопрос о высшем (предельно возможном) уровне развитии психики?

Высшая сущность психического открывается психологии не сразу и не во всем. Не исключено, что до конца эта сущность никогда  постигнута и не будет, ибо тайны  психики имеют тенденцию не только скрываться, но и множиться по мере ее развития. Однако в зависимости  от понимания предельной сущностной характеристики психического как сущего получают определенную интерпретацию  все известные психические феномены. Так, сказав себе, что сущность психического - в его способности отражать объективную  реальность, мы нашу психическую жизнь можем ограничить рамками познавательной активности. Если прибавим к отражению еще и регуляцию, - то психическое предстанет пред нами как механизм, позволяющий человеку ориентироваться и приноравливаться к природной, социальной среде, достигать равновесия с самим собой. Если на новом уровне психологического познания сущностной чертой психического устанавливается сознательная преобразовательная, созидательная, творческая душевно-духовная деятельность человека, то именно эта черта выступает главным критерием оценки имеющихся знаний и главным ориентиром в последующих психологических исследованиях.

Куда же можно  отнести с наибольшим правом последнюю причинность, вопрошал И.Кант, если не туда, где находится также высшая причинность, т.е. к тому существу, которое изначально содержит в себе достаточную причину для всякого возможного действия Применительно к теме нашего исследования последней и высшей причинностью в пространстве психической жизни выступает субъектность. И именно она есть высшим сущностным критерием, по которому мир психический отличается от всякого иного мира.

Последнее время  в психологии получила развитие тенденция  разотождествления понятий деятельности и ее субъекта, стремление представить  их как единство, но не тождество. Это  означает требование за проявлениями любой деятельности видеть деятеля, за актами творчества - творца. И, если действительно «сначала было дело», то психологии не может быть не интересно, кто это дело сделал, если поступок или подвиг, то кто их совершил, а  если слово, то кто его сказал, когда, кому и зачем. Не психика вообще, а то в ней, что со временем достигает  уровня сознающего себя субъекта, является носителем, центратором и движущей силой психической жизни. Он решает что, как, с кем, зачем и когда  следует делать. Он оценивает результаты своей активности и интегрирует  их в собственном опыте. Он избирательно и инициативно вступает во взаимодействие с миром. Онтологический императив  «быть субъектом» есть общечеловеческим выражением суверенности действительного  человека, ответственного за результаты своих деяний, изначально «виновного»  во всем, что от него зависит (Ж.-П. Сартр) и не имеющего «алиби в бытии» (М.М.Бахтин).

Потому, если говорить о своеобразии психической реальности, сравнивая ее с иными формами  бытия сущего, то именно субъектное определение психической жизни  человека венчает пирамиду ее сущностных характеристик, а значит, имеет полное право содержательно представлять предметное ядро психологической науки. При этом другие, ранее или иначе  сформулированные определения предмета психологии не отбрасываются, а переосмысливаются  и сохраняются в субъектном его  варианте в «снятом» виде.

«Восхождение» к  субъектному уровню определения  предмета психологии, с одной стороны, позволяет, а с другой, - требует переосмыслить все, доселе открытое психологией в ее объекте - психике. Появление новых пластов бытия в процессе развития приводит к тому, что и предыдущие выступают в новом качестве (С.Л.Рубинштейн). Это значит, что вся психика в ее становлении, функционировании и развитии, начиная с простейших психических реакций и заканчивая сложнейшими движениями души и духа, есть по сути развертывающаяся и утверждающая себя особого рода субъектность, воплощенная в форме свободного Я-творчества.

Субъектная специфика  метода психологической науки состоит  в том, что она не только созерцает, не только исследует всеми доступными ей средствами и способами наличную психическую реальность, но, в конечном счете, на высших уровнях стремится  постичь эту реальность путем творения ее новых форм и тем самым восходит к исследованию собственных возможностей научно-психологического творчества (В.В.Рубцов).

На этом пиковом  уровне происходит как бы естественное сочленение изначально условно разобщенных  представлений о психологии как  субъекте познания, об ее объекте, предмете и методе. Это и есть самое себя познающая и творящая психика - высший субъектный синтез психологической  науки и практики психической  жизни.

Через подобного  рода анализ и синтез происходит развитие представлений об объекте, предмете и методе психологии как субъекта познания. Началом, которое создает  внутреннюю энергетику, задает динамику и определяет вектор этому самодвижению, выступает научное представление  о субъектной природе психического.

Подлинно гуманистический  и, непременно, оптимистический взгляд на природу человека, вера в позитивную перспективу его личного и  исторического роста открывает, на наш взгляд, возможность и делает необходимым субъектное истолкование предмета и метода психологии как  самостоятельной науки. Следует  думать, что именно при таком подходе  психология сможет обнаружить присущую ей значимость как для других наук, так и для себя самое.

Литература 

1. Абульханова-Славская К.А. О субъекте психической деятельности. - М.: «Наука», 1973.
2. Лонге Н.Н. Психология экспериментальная / Энциклопедический словарь. Гранат. 7-е изд., т. 33. б/г. Цитируется - «Психологическая наука в России ХХ столетия: проблемы теории и истории. Под ред. А.В.Брушлинского. - М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 1977.
3. Пфендер А. Введение в психологию / Пер. с нем. Г.А.Давыдова. - С.-Петербург: Провинция, 1909.
4. Татенко В.А. Предмет и метод психологии с позиций субъектного похода. В кн. Татенко В.А. Психология в субъектном измерении. Монография. - К.: 1996, с. 311-373.
5. Предмет / Философская энциклопедия. Гл.ред. Ф.В.Константинов. - М.: «Советская Энциклопедия», 1967, т.4.

6. Ю. Г. Волков И. В. Мостовая «СОЦИОЛОГИЯ»Под редакцией проф.В.И. Добренькова Рекомендовано Министерством общего и  профессионального образования Российской Федерации в качестве учебника

для студентов  высших учебных заведений. МОСКВА  1998.

7. А.И. Кравченко Социология общий курс. Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений. Логос .Москва 2002 .