Онтогенез психологических защит: обоснование предмета исследования

ОНТОГЕНЕЗ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ЗАЩИТ: ОБОСНОВАНИЕ  ПРЕДМЕТА ИССЛЕДОВАНИЯ

И. А. Русяева

Тюменский государственный  университет, г. Тюмень, Россия 

Формированию современного подхода к изучению психологических  защит и совладающего поведения  предшествовало длительное становление  научных взглядов на онтогенез психологических  защит. В зависимости от основного  предмет изучения условно можно  выделить три значимых периода: классические исследования психологических защит  в рамках психоанализа З. Фрейда, исследования межличностного контекста психологических  защит во взглядах представителей неофрейдизма, теории привязанности и объектных  отношений, системный подход к изучению психологических защит и совладающего поведения в контексте системы  саморегуляции.

Исследования  психологических защит в рамках психоанализа (З. Фрейд, А. Адлер, А. Фрейд) были в основном эмпирическими и носили описательный характер. Первоначально психологические защиты изучались З. Фрейдом как врожденные механизмы ослабления внутреннего конфликта, обусловленного противоречием между инстинктивными импульсами бессознательного и интериоризированными требованиями внешней среды [1]. А. Адлер уделял особое внимание развитию защитной компенсации на протяжении жизни человека и связи ее с переживанием чувства неполноценности в детстве, а также условиям нормального и гипертрофированного функционирования психологической защиты [7].

А. Фрейд первой проложила  путь к изучению межличностных аспектов психологической защиты, показав, что  еще до возникновения стойкого Я  у детей защиты уже существуют и направлены на внешние объекты, что указывает на изначально межличностные  механизмы их формирования и связь  с процессами научения [8].

В целом, в исследованиях  психоаналитического направления  представления о психологических  защитах ограничены эмпирическими  наблюдениями феноменологии защит. В качестве пускового механизма  исследователи на этом этапе выделяют отрицательные эмоции (тревогу, страх, чувство неполноценности) и указывают на врожденность или достаточно ранний возраст возникновения защит в онтогенезе. Предпринимаются попытки к соотнесению возникновения защит с возрастными периодами онтогенеза. Единой тенденцией этого этапа является заключение психологических защит внутри личности, и механизм формирования разнообразия защит остается неясным, хотя Анной Фрейд уже делаются шаги к связи их с социальным контекстом и процессами научения.

Тенденция изучения значимости микросоциального контекста по отношению  к формированию защит появляется в исследованиях неофрейдистов (К. Хорни, Г. С. Салливена, Э. Фромма и др.). С этого момента изучение защит  переходит в новую плоскость  – внимание уделяется микросоциальному контексту, семейным факторам становления  психологических защит [7]. Наиболее полно эта тенденция отражена в трудах представителей теории объектных  отношений и теории привязанности (М. Кляйн, М. Малер, Дж. Боулби, Д.В. Винникотт  и др.).

Возникновение психологических  защит у ребенка, согласно теории К. Хорни, происходит вследствие родительского  поведения, когда они обделяют ребенка  теплом и вниманием. Защиты носят  неконструктивный, невротический характер и представляют собой попытку  преодолеть чувство базальной тревоги [10].

Г. С. Салливен [5] смещает  акцент на наличие лицемерия, унижения и физических наказаний в семье, в результате чего у ребенка появляются навязчивые состояния, желание доминировать над другими, которые, по сути, являются защитой от чувства беспомощности  и страха унижения.

Э. Фромм среди семейных факторов выделяет страх и неуверенность  в родительской любви в сочетании  с подавлением враждебности и  воспитанием, при котором отец или  мать предлагает ребенку любовь и  заботу лишь при условии подчинения [9]. Дж. Боулби также фокусировал  внимание на среде адаптации ребенка [3]. Привязанность к родителям  с позиции теории Боулби представляет собой фокусирование на объекте  привязанности и следование за ним. Нарушения процесса здоровой привязанности  у младенцев изучала М. Эйнсуорт [3]. Защитное поведение младенцев, согласно ее исследованиям, является невротическими попытками реагирования на определенные паттерны поведения матери по отношению  к ребенку. Ключевым фактором для  формирования здоровой привязанности  М. Эйнсуорт определяла внимание и своевременное  реагирование матери на потребности  ребенка, поскольку в этом случае у него не возникает необходимости в формировании защитного поведения.

Таким образом, многочисленные попытки описать межличностные  факторы онтогенеза психологических  защит заключаются в описании ранних (объектных) отношений ребенка  и матери и влияния родительских способов поведения на эмоциональное  состояние ребенка. Выводы из этих теорий носят констатирующий характер и  подтверждают наличие тесной связи  поведения родителей с защитными  реакциями детей. Существенным ограничением данных подходов является рассмотрение защитных реакций скорее как невротических  и нездоровых при отсутствии представлений  о нормативном развитии защитной системы человека.

Новый этап изучения развития психологических защит характеризуется выходом феномена психологической защиты за пределы психоаналитических исследований, интересом к защитному поведению представителей других направлений (психология эмоций, психология стресса и др.), многообразием тенденций в изучении психологических защит как за рубежом, так и в России [2]. Теории Р. Плутчика, К. Келлерманн, Р. Лазаруса стали основой для расширения предмета исследования, включения в круг изучаемых явлений совладающего поведения и реагирования на стресс. Это породило новые трудности, касающиеся определения терминов и критериев отличия психологических защит, копинг-стратегий и совладающего поведения [6].

Анализ существующего  многообразия отечественной литературы позволяет отметить, что за последнее  десятилетие активно предпринимаются  попытки к объединению существующих взглядов на психологические защиты в единую систему (Романова Е. С., Гребенников  Л. Р., 1996; Калмыкова Е. С., 1988; Парфенова  З. А., 2000; Никольская И. М., Грановская Р. М., 2000; Богданова М. В., Доценко Е. Л., 2010) [1], [4], [6].

Одной из современных тенденций  является возросший интерес к  проблемам личности и высших уровней  системы саморегуляции (Богданова  М. В., Доценко Е. Л., Леонтьев Д. А. и  др.), что приводит к увеличению интереса к совладающему поведению и значительному  росту исследований, посвященных  ему. Психологические защиты оказываются  как бы оттесненными на второй план. Тем не менее, смещение акцентов в  сторону совладающего поведения  не снижает ценности и важности изучения психологических защит как глубинных способов регуляции поведения.

Таким образом, проблемное поле онтогенеза психологических защит  определяется несколькими направлениями:

1. Исследование межличностных  источников формирования психологических  защит в онтогенезе.

2. Переход от описания  отдельных защитных механизмов  к анализу внутренних закономерностей  процесса формирования психологических  защит как одного из уровней  системы саморегуляции.

3. Поиск системообразующего  принципа формирования защитного  и совладающего поведения в  онтогенезе, их соотношения в  поведении ребенка.

Таким образом, предмет нашего исследования представляет собой генезис защит в аспекте межличностного взаимодействия ребенка и значимого взрослого.

Теоретическая новизна исследования состоит в систематизации знаний о развитии психологических защит  в онтогенезе, в частности знаний, касающихся аспекта межличностного взаимодействия ребенка и взрослого. Практическая значимость исследования заключается в консультативных  и диагностических возможностях, позволяющих на основе знаний об онтогенетическом принципе развития защитных механизмов выявлять и корректировать причины  формирования психологических защит  ребенка, определять диапазон их эффективности, а также сформулировать рекомендации родителям по коррекции психологических  защит ребенка на межличностном  уровне через изменение родительских паттернов поведения. 

Библиографический список

1. Богданова М. В., Доценко Е. Л. Саморегуляция личности: от защит к созиданию. – Тюмень, 2010.
2. Журавлев А. Л., Крюкова Т. Л., Сергиенко Е. А. Совладающее поведение: современное состояние и перспективы. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2008.
3. Крейн У. Боулби и Эйнсуорт о человеческой привязанности // Журнал практической психологии и психоанализа. – 2002. – № 1.
4. Портнова А. Г., Богомолов А. М. Психологическая защита в контексте социально-психологической адаптации и развития личности: Монография. – Кемерово, 2007.
5. Решетников М. М. Интерперсональный психоанализ Гарри Салливана // Салливан Г. С. Интерперсональная теория в психиатрии / пер. с англ. – СПб.: Ювента, 1999.
6. Романова Е. С, Гребенников Л. Р. Механизмы психологической защиты: генезис, функционирование, диагностика. – Мытищи: Талант, 1996.
7. Тайсон Ф., Тайсон Р. Психоаналитические теории развития. – Екатеринбург, 1998.
8. Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы. – М.: Педагогика-Пресс, 1993. 
9. Фромм Э. Бегство от свободы / пер. с англ. А. Лактионова. – М.: АСТ: АСТ Москва, 2009.
10. Хорни К. Невроз и развитие личности. –  M.: Смысл, 1998.