Образ Медеи в трагедии Еврипида

     Трагедия  несет в себе ощущение абсурда  бытия: в мире нет справедливости, нет границы между добром и  злом, нет меры, нет правды, нет  счастья. Медея заставляет усомниться в самых высших ценностях, в существовании  богах (она призывает к их помощи, но они никак ей не помогают), во взгляде  на мир.  

2. ПРОБЛЕМА  СТРАДАЮЩЕЙ ЛИЧНОСТИ

  В трагедии "Медея" политическая и духовная свобода индивидуума растет, проблемы человеческого общества и тех  связей, на которых оно основывается, становятся все яснее, человеческое Я заявляет о своих правах, когда  чувствует, что его стесняют узы, кажущееся ему искусственными. С  помощью убеждения и средств  разума оно ищет себе поблажек и  выходов. Брак становится предметом  дискуссий. Взаимоотношения полов  — в течение столетий noli me tangere конвенциональности — выводятся на свет Божий и становятся достоянием публики: это борьба, как и все в природе. Разве право сильного не царит здесь, как и повсюду на земле? И вот поэт обнаруживает в предании о Ясоне, оставляющем Медею, страсти сегодняшнего дня, и заключает в эту оболочку проблемы, о которых сказание и не подозревает, но которые оно может сделать актуальными для современности с великолепной пластичностью.

     Тогдашние афинские женщины вовсе не были Медеями, они были для этой роли или слишком  забитыми, или слишком утонченными. А потому отчаянная дикарка, которая  убивает своих детей, чтобы уязвить  супруга-предателя и порвать всяческую  с ним связь, оказалась удобным  случаем для поэта, чтобы изобразить стихийное в женской душе, не стесняясь при этом греческими нравами. Ясон, безупречный герой в восприятии всей Греции, хотя вовсе не прирожденный супруг, становится трусливым оппортунистом. Он действует не в силу страсти, а из холодного расчета. Однако он должен быть таким, чтобы сделать убийцу собственных детей древнего сказания трагической фигурой. Все участие поэта на ее стороне, — частично потому, что и вообще он считает женскую судьбу достойной жалости и потому рассматривает ее не в свете мифа, ослепленного героическим блеском мужской доблести, которую ценят только по подвигам и славе; но прежде всего поэт сознательно хочет сделать из Медеи героиню мещанской трагедии брака, которая нередко разыгрывалась в тогдашних Афинах, хотя и не в столь экстремальных формах. Ее первооткрыватель — Еврипид. В конфликте безграничного мужского эгоизма и безграничной женской страсти "Медея" — подлинная драма своего времени. Потому обе стороны разыгрывают ее в мещанском духе, именно так спорят, порицают и резонируют. Ясон весь проникнут мудростью и великодушием, Медея философствует об общественном положении женщины, о бесчестящем гнете полового влечения к чужому мужчине, за которым она должна следовать и которого она к тому же должна покупать богатым приданым, и заявляет, что деторождение гораздо опаснее и требует большей смелости, чем воинские подвиги.

  Трагедию Еврипида не без основания называли дискуссионным клубом всех движений его эпохи. Ничто сильнее не доказывает проблематичность всех вещей для сознания этого поколения, чем это разложение всей жизни и всего предания в дискуссиях и философствовании, в котором принимают участия все возрасты и сословия, от царя до прислуги. 

3. ОТНОШЕНИЕ АВТОРА К МЕДЕЕ

   Еврипид не вносит нравоучений, не настаивает на принципах морали. Он просто изображает людские судьбы. А читатель уж сам делает выбор, кому из героев симпатизировать, на чью сторону встать.  
Авторская позиция проявляется лишь в выборе мифов (в них Медея больше сделала для Ясона), композиции трагедии (Медее, ее плачам, монологам, мучениям отдана большая часть драмы) и системе персонажей (Креонт показан слабым, но жестоким человеком, царевна - соперница Медеи - есть только в пересказах других героев, хор - на стороне Медеи, а Ясон жалок и меркантилен).  
 Медея - несомненный центр произведения, вокруг нее вращается мир трагедии, она сосредотачивает на себе все эмоционально-психологическое содержание драмы. Волей-неволей начинаешь ей сопереживать, ее метания вызывают ответную бурю чувств. Кажется, что сам Еврипид был заворожен образом этой удивительной внутренней силой женщины. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

СПИСОК  ЛИТЕРАТУРЫ 

1. Еврипид. Медея. Перевод Иннокентия Анненского. Еврипид. Трагедии. В 2 томах. Т. 1."Литературные памятники", М., Наука, Ладомир, 1999г.

2. Материалы сайта: Wikipedia.org/wiki/Еврипид

3. Кожухова  М.С. - Литературная критика о творческой манере Еврипида. - в книге "Вопросы античной литературы и классической филологии". - М.: Молодая гвардия, 1966

4. Материалы сайта: http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_literature/1786/Еврипид