Внешняя политика Киевской Руси

Правительство княгини  Ольги предприняло ряд новых  дипломатических шагов, которые  должны были содействовать дальнейшему  укреплению внешнеполитических связей древней Руси, росту ее международного престижа. Русская миссия, возглавляемая  самой Ольгой, появилась в Константинополе, ответное византийское посольство побывало в Киеве. Отправилось русское посольство и на Запад, в земли германского короля (затем императора) Оттона I. Через полтора года в Киеве появляется немецкая духовная миссия.

Сведения о дипломатических  шагах Руси, относящихся ко второй половине 50-х годов X века, сохранились в ряде русских, византийских и западных источников.

Ольга вела с Византией  переговоры по торговым и политическим вопросам, обещала императору выслать  дары и дать «воев», что нашло  отражение в союзных действиях  Святослава.

Вместе с тем  для киевской правящей верхушки становится очевидным, что дальнейшая решительная  борьба за реализацию этих внешнеполитических направлений сопряжена с борьбой  против Хазарского каганата, обострением  соперничества с Византией, новыми войнами, поисками союзников на Западе и Востоке, новой дипломатической  активностью. Правительство Ольги  не ставило перед собой решение  подобных задач. Эту нелегкую государственную  миссию взяло на свои плечи киевское правительство молодого Святослава.

В). Политика Святослава. Независимость Руси.

Дипломатия Святослава опиралась на предшествующие внешнеполитические успехи древней Руси, синтезировала  накопленный внешнеполитический опыт и в этом плане являла собой  новый качественный этап.

Молодой князь, оказавшийся энергичным полководцем, летом 964 года начал поход против хазар. Святослав не решился идти от Киева к Волге напрямую через степи. Это было очень опасно, ибо племя северян, обитавшее на этом пути между Черниговом и Курском, было сторонником хазар. Русы поднялись по Днепру до его верховьев и перетащили ладьи в Оку. По Оке и Волге Святослав и дошел до столицы Хазарии - Итиля.

Союзниками Святослава в походе 964--965 годов выступили печенеги и гузы. Печенеги, сторонники Византии и естественные враги хазар, пришли на помощь Святославу с запада. Гузы пришли от реки Яик, пересекши покрытые барханами просторы Прикаспия. Союзники благополучно встретились у Итиля.

В осажденном городе евреям бежать было некуда, потому они вышли сражаться со Святославом и были разбиты наголову. Уцелевшие бежали "черными" землями к Тереку и спрятались в Дагестане. Святослав пришел и на Терек. Там стоял второй большой город хазарских евреев - Семендер. Семендер имел четырехугольную цитадель, но она не спасла город. Святослав разгромил Семендер и, забрав у населения лошадей, волов, телеги, двинулся через Дон на Русь. Уже по дороге домой он взял еще одну хазарскую крепость - Саркел, находившуюся около нынешней станицы Цимлянской. Саркел был построен византийцами в период их короткой дружбы с Хазарией. В Саркеле Святослав встретил гарнизон, состоявший из наемных кочевников. Князь одержал победу, разрушил крепость, а город переименовал в Белую Вежу. Там в дальнейшем поселились выходцы из Черниговской земли. Взятием Саркела завершился победоносный поход Святослава на Хазарию.

В результате похода 964--965 годов Святослав исключил из сферы влияния еврейской общины Волгу, среднее течение Терека и часть Среднего Дона. Но не все военно-политические задачи были решены. На Кубани, в северном Крыму, в Тьмутаракани еврейское население под именем хазар по-прежнему удерживало свои главенствующие позиции и сохраняло финансовое влияние. Однако основным достижением похода, бесспорно, явилось то, что Киевская Русь вернула себе независимость.

Результаты похода 964--965 годов не могли не поднять  авторитет Руси в глазах византийского  союзника, который старался всеми  силами привлечь Святослава к решению  внешнеполитических проблем империи. Византийскому правительству требовался человек для переговоров со Святославом. Выбор пал на византийского дипломата, сына стратига херсонесской фемы (области), Калокира. Калокир был человек столь же энергичный, сколь и честолюбивый. Язык славян и их нравы он знал хорошо, ибо встречался с ними в Херсонесе, а будучи византийским офицером, плечом к плечу со славяно-русами сражался в Сирии про-тив мусульман.

В Киеве Калокир заключил выгодный для Византии договор, по которому русы обязались принудить к покорности Болгарское царство. Но честолюбивый посол втайне мечтал об императорской короне. Он решил опереться на войско русов и, свергнув старого императора Никифора II Фоку, захватить власть в Константинополе.

Выполняя договор, русы высадились в устье Дуная, разбили болгарского царя Петра и овладели Болгарией. Планы Калокира стали сбываться: князь славяно-русов Святослав стал ему другом; в коротком переходе от Константинополя стояли русские дружины; подошли к нему и союзники -- печенеги.

К несчастью Калокира, его замысел открылся еще при Фоке. Иоанн Цимисхий, захвативший с помощью императрицы Феофано власть и безжалостно казнивший старого императора Фоку, оказался способным и деятельным полководцем. Новый базилевс бросил на Святослава и Калокира созданные его предшественником отличные войска. Кроме того, еще Фока успел распорядиться, чтобы союзники Византии -левобережные печенеги- напали на Киев. Поэтому Святославу пришлось оставить Болгарию и устремиться на Русь спасать собственную столицу, свою старую мать и детей. Но когда он подоспел к Киеву, война уже завершилась, не начавшись. Пришедшие с се-вера войска воеводы Претича остановили печенегов. Их хан обменялся с Претичем оружием и, заключив мир, ушел в приднепровские степи.

Святослав, бросивший  все в Болгарии, обнаружил, что  в Киеве он совсем не ко двору. Там  крепла христианская община, и ее не устраивал князь-язычник. Сам Святослав  не жаловал христиан, да и вообще ему было "не любо сидеть в Киеве". Ольга просила сына не покидать ее. Но старая княгиня скоро умерла, и Святослав поспешил вернуться в Болгарию, где ситуация также изменилась не в его пользу.

Византийцы вышли  на равнину Северной Болгарии и захватили  город Преславу (Преслав). Болгары быстро перешли на сторону греков: русы уже разочаровали их насилиями и жестокостью. Успевший покинуть Преславу отряд русов вместе с Калокиром ушел на Дунай в город Переяславец. Печенеги тоже оставили Святослава. Покинутый союзниками, он с небольшой дружиной противостоял теперь и византийским войскам, и восставшей Болгарии.

Весной 971 года Цимисхий, прервав притворные переговоры со Святославом, подошел к Переяславцу с лучшими войсками империи. Одновременно в Дунай вошла греческая эскадра из 300 кораблей. Переяславец пал после трехдневного штурма, и наступил последний акт трагедии. Русы не могли воевать "в чистом поле" из-за отсутствия конницы и заперлись в городе Доростол. Греки обложили эту небольшую крепость со всех сторон. Русы приняли бой, они сражались героически: в пешем строю атаковали византийцев, и только удар латной конницы спас Цимисхия от поражения. Большие потери с обеих сторон и голод в русском стане подтолкнули противников к переговорам. Грекам не нужна была жизнь Святослава и его дружины. Они согласились дать русам уйти. Святослав за это обещал отступиться от Болгарии.

Святослав не пошел  к столице, а расположил обессиленное ранами, лишениями и переходом  войско на Березани. Во время мучительной, голодной зимы 971-972 годов в войске Святослава произошел раскол. Русы-язычники обвинили в поражении русов-христиан, входивших в дружину. Были замучены и убиты все дружинники-христиане, среди погибших оказался и родственник Святослава Улеб. В Киеве не могли не знать о кровавых событиях на Березани. Киевские христиане, составлявшие большую и влиятельную общину, поняли, что их ждет, когда Святослав с ожесточенной дружиной войдет в собственную столицу.

Весной 972 года русы с Березани двинулись к Киеву. У днепровских порогов русов ожидали левобережные печенеги. В короткой битве дружина Святослава была полностью истреблена, и печенежский хан Куря обзавелся чашей, сделанной из черепа князя.

В гибели князя и  его войска были заинтересованы киевские христиане, во главе которых стоял старший сын Святослава Ярополк.

Итак, с гибелью  князя-язычника Киевская Русь стала  превращаться в тихую и спокойную державу, где христианское учение приобретало все больше сторонников.

Пошло это во вред или на пользу Руси? Если бы Святослав  восторжествовал, он превратил бы Киев в базу разбойничьих набегов. Святослав  враждовал бы с племенами, обкладываемыми данью, и с христианами, обычно казнимыми им. В итоге у киевского князя не осталось бы друзей.

Со смертью Святослава военно-языческая партия в Киеве  ослабла. Сила и влияние стали  переходить к христианам, и это  вызвало эмиграцию части русов из Киевской державы.

Г). Политическая деятельность Владимира сына Святослава.

Возглавивший после смерти княгини Ольги Киев и киевскую христианскую общину Ярополк Святославич был связан договорами с Константинополем и печенегами. На севере, в Новгороде, христианству противостоял балто-скандинавский культ Перуна, бога обновленной языческой религии. И хотя Киев оставался языческим городом, культ Перуна, принесенный с берегов Балтийского моря, киевлянам вовсе не был симпатичен. Славяне верили в Хорса - Солнце, почитали женское божество Мокошь, небесного Дажьбога, скотьего бога Волоса. Как всякие боги, славянские тоже требовали почитания, но не человеческих жертв. Совсем другим был культ Перуна, с приходом которого земля обагрилась кровью жертв. Ненависть киевлян к культу и поклонникам Перуна обострилась. Случаи человеческих жертв только подталкивали многих к крещению.

В столь острой ситуации столкновение полярных мировоззрений было неизбежным. Началась долгая и упорная борьба Ярополка со сторонниками Перуна, которых возглавлял сводный брат Ярополка Владимир, сын наложницы Святослава - ключницы Малуши. Владимиру и третьему сыну Святослава - Олегу было около 15 лет, Ярополк был чуть старше. Эти юноши вряд ли могли проводить самостоятельную политику. За ними стояли опытные и влиятельные мужи, опиравшиеся на население определенных земель.

Во внешнеполитической деятельности Владимира в 80-х годах X века сочетались успехи и неудачи.

На северо-востоке  с Русью соседствовало сильное  Булгарское царство, принявшее одну из мировых религий - ислам. Волжская Булгария непосредственно граничила с двумя городами-княжествами: Муромом и Суздалем. В непрекращающихся пограничных конфликтах брали верх то булгары, захватывая Муром, то славяне, занимая булгарские становища. В результате постоянной борьбы на границах население Волжской Булгарии было смешанным. Различие между двумя этносами было не антропологичес-ким, не расовым и даже не экономическим, ибо хозяйственные системы в Волжской Булгарии и Северо-Восточной Руси были очень похожи. Эти отличия были религиозными.

Попытка Киева присоединить Великий Булгар, стоявший на берегу Волги, была безуспешной. Отмечая неудачный поход Владимира и Добрыни, летописец скупо заметил, что с тех, кто носит сапоги, дани не получить, а надобно искать лапотников. Итак, на этом направлении деятельность Влади-мира успеха не имела.

Зато ему удалась  другая операция. Лишь в сочинении  Иоанна Мниха есть упоминание о захвате  Тьмутаракани, где еще находились остатки иудео-хазар. Но и в этом сочинении только одна фраза говорит о походе, во время которого русские войска совершенно свободно прошли из Киева через Северный Кавказ вдоль Терека до Каспийского моря (986). Тьмутаракань стала одним из русских городов и досталась в удел сыну Владимира Мстиславу.

Во время, предшествовавшее крещению Руси, нарастали грозные  признаки грядущего раскола в  дотоле едином христианском мире. Находившаяся в фазе пассионарного подъема западноевропейская суперэтническая целостность ощущала свое отличие от других суперэтносов очень остро и облекала его в ризы церковного превосходства, именуя "Христианским миром" только себя. Борьба между православием и католичеством начинала переходить из сферы теологических разногласий в область политики.

Итак, Владимир пошел  по пути, который наметила "мудрейшая  из людей" княгиня Ольга, избравшая православие. Ступив на этот путь, сбросив гнет купеческого капитала рахдонитов, Русь пришла к крещению 988 года Сила проповеди православия была и в политической умеренности Византийской империи, и в искренности константинопольских патриархов, и в очаровании греческой литургии (церковной службы). Византия хотела от Руси дружбы и прекращения бессмысленных набегов на побережье Черного моря. Греческие богословы не сдабривали проповедь православия лукавыми политическими хитросплетениями. Важным оказалось и то, что православие не проповедовало идеи предопределения. И потому ответственность за грехи, творимые по собственной воле, ложилась на грешника. Это было понятно и приемлемо для язычников.

Накануне своей  смерти, в 1015 году, Владимир столкнулся с острой проблемой управления завоеванными землями.

Поэтому при Владимире  создалась, а позже, при Ярославе, окрепла система раздачи уделов ближайшим родственникам, как правило, сыновьям.

4. Внешняя политика Руси времен Ярослава Мудрого.

Ярослав попытался  восстановить в Киеве язычество. В 1018 году разногласия между партиями язычников и христиан обострились. Этим воспользовались Святополк  и польский король Болеслав Храбрый. На Буге их войска полностью разгромили рать Ярослава. Сам Ярослав чудом уцелев, перебрался в Новгород и снова предпринял попытку бежать в Швецию.

Тем временем между  поляками, занявшими Киев и местным населением начались конфликты. За несколько ночей было вырезано множество поляков.