Б. Малиновский и его теория культуры

       Таким образом,  культура  для   Малиновского  становится ближе  связанной с человеком, она  приобретает иное измерение и  объединяется с динамичной сферой  явлений. Эта динамика базируется  на соединении между собой  отдельных частей культуры и на том, что она связана с человеком в том смысле, что “все элементы культуры действуют непосредственным образом в направлении удовлетворения потребностей”. Исходным пунктом для  Малиновского  является принцип объективно данного и оценочно познаваемого характера законов  культуры. Формы человеческого поведения не являются случайным набором человеческих поступков или ценностей, а упорядочиваются в определенную систему закономерностей и правил. Такую позицию  Малиновский  определяет как своего рода культурный детерминизм, которому подлежит человек как единица и как коллектив.

       Культуру  Малиновский видит еще и как совокупность или сумму человеческих материальных, социальных и духовных произведений. Она понимается как атрибут человеческого поведения и неотделима от человека, составляющего часть общества. Таким образом, культура “включает в себя унаследованные человеком материальные произведения (артефакты), блага, технологические процессы, идеи, навыки и ценности. Сюда также включена и социальная организация, ибо ее можно понять лишь как часть  культуры ”. В более широком определении  культуры   Малиновский  характеризует ее как “слаженную, многоаспектную реальность sui generis”, и она становится для него ключевым понятием антропологии, охватывающим проявления всей жизни человека и всей человеческой общности.

       Исходя из такого понимания   культуры,  Малиновский  попытался  создать широкую антропологическую  концепцию  культуры, включающую  ряд наук о человеке, таких,  как физическая антропология, археология, этнология, психология, языковедение, экономика, право и др. По его мнению, все эти области знания должны вырабатывать общие научные законы, которые, в конечном итоге, должны быть идентичными для всех разнородных изысканий гуманистики.

       Становится понятным, что столь сложное и многоплановое явление, как культура, не может быть определено одной дефиницией.  Культура  для  Малиновского , кроме всего прочего, является еще и производной, переустроенной человеком средой, дающей возможность сохраниться ему как виду. “Человек отличается от животного тем, что он обязан полагаться на созданное окружение, на орудия, укрытие и на созданные транспортные средства. Для того чтобы сотворить и воспользоваться этим набором произведений и благ, человек обязан обладать знаниями и техникой. Он также зависим от помощи своих человеческих сотоварищей. Это значит, что он должен жить в организованных, упорядоченных обществах, а среди всех животных лишь он один имеет право претендовать на тройной титул: Homo faber, Zoon politicon, Homo sapiens”.

       Помимо этого,  культура  является  для  Малиновского  “социальным наследием”: “...чтобы понять, чем является  культура, необходимо присмотреться к процессу ее сотворения, поняв преемственность поколений и тот способ, которым она создает в каждом новом поколении свойственный для нее упорядоченный механизм”.

       Продолжая свою  теорию   культуры,  Малиновский  опирался на биологию  человеческого организма. В работе  “Научная теория культуры” он  изложил биологические основы  культуры, свою теорию потребностей. Исходным пунктом в данном случае служил для него факт причастности человека к миру природы. Благодаря тому, что физиологическое строение организма сходно у всех людей, можно обнаружить общие основы столь различных человеческих культур. Поэтому можно найти общую основу разнородной человеческой деятельности в различном географическом окружении и на разных стадиях культурного развития. По мнению  Малиновского, установление такой основы, которая давала бы возможность сравнения, являлось бы одновременно исходным условием научного анализа. Подобную позицию он определял лишь как своего рода эвристическую процедуру, ибо, по сути дела, биологические рамки могли служить для этнографа лишь сравнительной почвой для установления всего богатства форм человеческого поведения.

       Человек как биологический организм  имеет ряд потребностей, которые  должны быть удовлетворены. Несмотря  на то, что эти потребности  имеют биологический характер, они  не могут быть удовлетворены  чисто физиологическим способом, а, как утверждал  Малиновский , через аппарат  культуры . Таким образом, способы удовлетворения потребностей становятся различными в различных культурах и на различных стадиях культурного развития. Автор дает следующее определение потребности: “... потребность я понимаю как систему условий в человеческом организме, в укладе культуры, по отношению к естественному окружению, которое является конечным и достаточным для поддержания жизни группы и организма” [2, с. 90]. Каждой потребности отвечает определенная реакция культуры - определенный функциональный аспект. Для объяснения того, как происходит переход от биологических потребностей к культурному поведению,  Малиновский  вводит понятие инструментальных жизненных последовательностей, в которых различает два типа побуждений: 1) инструментальное осуществление - определенная  культурой  ситуация; 2) акт потребления. Культурная реакция на потребности содержится в институциях, ибо любая деятельность относится к определенной институции и всегда связана с потребностью. Исходя из этого культура рассматривается как система, состоящая из подсистем: подсистема действующих частей и подсистема социальной организации. Функции такой системы  Малиновский  определяет относительно к человеческим потребностям.

       По мере удовлетворения основных потребностей в человеческом обществе рождаются новые потребности - производные. Это происходит из того факта, что человек является не только биологическим организмом, но существом социальным. Такими производными потребностями Малиновский считает потребность организации, порядка и согласия. Процесс их удовлетворения обусловлен наличием языковой и культурной символики в человеческом обществе.

       Помимо этих двух типов потребностей, порождаемых в первом случае  биологической природой человека, а во втором - общественной ситуацией, в которой протекает жизнь человека,  Малиновский  выделяет третий тип, который очень далек от биологической природы человека. Эти потребности, достаточно сложные для определения, носят исключительно человеческий характер и имеют интеллектуальную, духовную и творческую природу.  Малиновский  называет их интегративными потребностями и причисляет к ним науку, религию, магию, этику и мораль, искусство.

       Человеческие потребности укладываются  в определенный порядок, имеющий  свою иерархию. Вначале стоят потребности, связанные с материальным существованием человека, дальше следуют социальные потребности, связанные с тем фактом, что человек живет в группах, наконец - потребности, обслуживающие его духовную деятельность.

       Теория  потребностей, разработанная  Малиновским , в своей законченной форме появилась в его работе “Научная  теория   культуры ” в 1944 году, сразу вызвав массу самых противоречивых оценок. Столь же противоречивыми и не всегда объективными были оценки всего созданного  Малиновским  направления, которое, блеснув в начале века своими теоретическими формулировками и дидактическими достижениями, а прежде всего - своим богатством обработки материала - подверглось некоторому забвению. Однако, возможно, некоторое преобразование и продолжение идей этого ученого могло бы стать очень ценным познавательным инструментом для исследования действительности и в наше время. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Заключение 

     Б. Малиновский считается основателем  функциональной школы в этнографии и антропологии. Согласно его воззрениям, культура представляет собой органическую совокупность взаимосвязанных элементов, служащих для удовлетворения как первичных (биологических), так и вторичных (порожденных самой культурой) потребностей людей. Каждый из этих элементов, или социальных институтов, выполняет определенные функции, выявлением которых и должен заниматься исследователь общества и культуры.

       Основываясь на своем опыте  практических исследований, Малиновский  разработал методологию, согласно  которой антрополог обязан некоторое время быть наблюдателем в обществе, которое он изучает. Он стремился толковать те или иные проблемы конкретной культуры в терминах фундаментальных человеческих ситуаций, изучать функционирование отдельных элементов культуры внутри культуры как целого. Таким образом Малиновский пришел к функциональной интерпретации религии: религия есть эмоциональный ответ на требование “культурного выживания” данной общности. В книге “Магия, наука и религия”, фрагменты которой представлены в хрестоматии, он пишет, что магия и религия “суть одновременно и образ действия, и система верований, и социологический феномен, и личный опыт”. Малиновский различал магию и религию по тем функциям, которые они выполняют в обществе. Он выделяет сакральный и профанный компоненты в первобытных религиозных церемониях и их функцию в первобытной культуре. Функциональный взгляд на культуру настаивает на принципе, что в каждом типе цивилизации любой обычай, материальный объект, идея и верование исполняют некую жизненную функцию, должны решить какую-то задачу, представляют собой необходимую часть внутри работающего целого. Основная единица функционального анализа - “институт культуры”, к которым Малиновский относит также магию и религию.

     Итак,

• Культура по своей сути представляет собой инструментальный аппарат, с помощью которого человек становится способен лучше справляться со специфическими конкретными проблемами, встающими перед ним в ходе его взаимодействия со средой с целью удовлетворения своих потребностей.
• Она является такой системой участников, видов деятельности отношений, где каждая часть существует как средство для достижения определенной цели.
• Она является целостным образованием, разные элементы которого взаимозависимы.
• Составляющие культуру виды деятельности, отношения и участники решения различных жизненно важных задач организованы в институты, такие как семья, клан, локальная группа, племя и организованные группы для сотрудничества в хозяйственной области, для политической, юридической и образовательной деятельности.
• С динамической точки зрения, то есть с учетом типов деятельности, культура может быть разделена на ряд аспектов, таких как образование, социальный контроль, экономика, системы познания, верований и морали, а также виды творческого и художественного выражения.

     Функционалистская концепция Б.Малиновского имела  и имеет до сих пор значительное число сторонников, в то же время  она неоднократно подвергалась критике. Сторонники Малиновского отмечают большое  значение его теории потребностей, видят в ней методологию проведения антропологических исследований. Противники критикуют за биологизаторство культуры (К. Леви-Строс)[6], за тривиальность, многословие, описательность и упражнение в философском прагматизме (Э.Эванс-Причард), за откровенный антиисторизм (С.А.Токарев) и за многое другое. Однако, несмотря на критику, учение Б.Малиновского до сих пор привлекает внимание исследователей. Ни один серьезный культуролог или этнолог, говоря о культуре, не обходит вниманием теорию британского антрополога. Российский этнолог А.А.Никишенков отмечает, что антропология в послевоенной Великобритании развивалась на теоретических основаниях, сформулированных Рэдклифф-Брауном и Малиновским. Более того, он допускает, что можно говорить о двух линиях развития структурно-функциональной традиции: структуралистской, восходящей к Рэдклифф-Брауну, и интуитивно-беллетристической, связанной с Малиновским. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Список использованной литературы 

1. Овчаренко В. И. Бронислав Малиновский (биография)
2. Сонгинайте Н. С. Социальная антропология Бронислава Малиновского // Журнал социологии и социальной антропологии. 1998. Т.1. № 2.
3. Научная теория культуры / Бронислав Малиновский; Пер.
4. с англ. И. В. Утехина; сост. и вступ. ст. А К Байбурина. 2-е изд.,
5. испр. — М.: ОГИ, 2005. — 184 с.
6. http://ru.wikipedia.org
7. Функциональный анализ // Антология исследований культуры. – СПб.: Университетская книга, 1997. – Т.I., стр. 681-702.