Этническая и национальная системы культуры

      «Не столько пренебрежительное  отношение к черным, сколько особенности  художественной психологии XVII, XVIII и  первой половины XIX столетия, – пишет  отечественный музыковед В. Конен, – мешали людям западного воспитания заметить афро-американскую музыку, услышать ее своеобразную красоту, ощутить ее звуковую логику. Вспомним, что в кругозоре поколений, последовавшем за эпохой Ренессанса, не было места не только “ориентальному”, то есть внеевропейскому искусству (мы здесь имеем в виду не экзотику, а музыку Востока в своем подлинном содержании). Из поля зрения также выпал ряд крупнейших художественных явлений, сформировавшихся на культурной почве самой Европы».

      Восходящая к эпохе Просвещения  вера в прогресс человеческих  знаний укрепляла представление  об однонаправленном, монолинейном движении истории. Внеисторически понятная «разумность» в противовес «заблуждениям» и «страстям» рассматривалась просветителями как универсальное средство совершенствования общества. Прогресс мыслился ими как постепенное проникновение европейской цивилизации во все регионы мира. Импульс поступательного движения у просветителей был логически непрерывным и толковался как единство, содержащееся уже в бессознательном начале как осознаваемая конечная цель.

      Движение всех народов в единую  всемирную историю, которое осмысливали  Вольтер, Монтескье, Гердер, породило  все же важную идею поиска  изначальной универсальной культуры. Сложилось представление, что  у истоков истории различные  народы не были разделены в  духовном и религиозном смысле. У них были общие корни, но  единая культура впоследствии  распалась на множество самостоятельных  ареалов. 

      Если Гердер усматривал в ориентальном  мире воплощение патриархального  идиллического начала, то Гегель  уже пытается поставить вопрос  о том, почему восточные народы  ушли от своих человеческих  истоков, остались в известной  мере за пределами магистральной  линии истории. В работе «Философия  истории» он пытался раскрыть  картину саморазвертывания духа, историческую последовательность отдельных стадий. Так рождается схема «Иран – Индия – Египет».

      Этот подход к оценке общественного  развития в дальнейшем стал  вырождаться в апологетическую,  по своей сути, «прогрессистскую»  концепцию с характерным для  нее представлением о науке  (а затем и о технике, информатике)  как об оптимальном средстве  разрешения любых человеческих  проблем и достижения гармонии на путях устроения рационально спроектированного миропорядка. Предполагалось, что западная культура некогда вобрала в себя все ценное, что мог дать Восток. Более того, сложилась гипотеза о том, что кочевые индоевропейские народы на заре истории вторглись из Центральной Азии в Китай, Индию и на Запад. Встреча разных культур породила будто бы европейскую цивилизацию, обогащенную контактом различных религий.

      Вместе с тем в XX в. в европейском сознании вызревал кризис европоцентризма. Европейский просвещенный мир пытается понять, правомерно ли рассматривать европейскую идею как всемирную. А. Шопенгауэр отказывался видеть в мировой истории нечто планомерно-цельное, предостерегал от попытки «органически конструировать» ее. О. Шпенглер оценивал схему европоцентризма – от древности к средневековью и затем к новому времени – как бессмысленную. По его мнению, Европа как небольшое пятнышко неоправданно становится центром тяжести исторической системы. Он отмечает, что с таким же правом китайский историк мог бы, в свою очередь, построить всемирную историю, в которой крестовые походы и эпоха Возрождения, Цезарь и Фридрих Великий были бы обойдены молчанием, как события, лишенные значения. Шпенглер называет птолемеевской, то есть устаревшей, привычную для западноевропейца схему, согласно которой высокоразвитые культуры совершают свой бег вокруг Европы. Леви-Строс позже, исследуя древнюю историю, высказал догадку, что именно западная культура выпала из всемирной истории.

      Однако в целом европоцентристская  концепция не утратила своего  статуса. Сложившееся еще в  философской классике возвеличивание  разумного, рационального «эллинского»  начала в противовес аффектированности,  стихийности и эмпиричности иных  культур, а также возникшее  позднее стереотипное представление  о технической цивилизации, активно  содействовали формированию различных  современных сциентистских иллюзий.  Они, в частности, нашли опору  в разработке М. Вебером принципа  рациональности, основного принципа  в его философии истории. Именно  Вебер наиболее последовательно  рассматривал рациональность как  историческую судьбу европейской  цивилизации. Он пытался объяснить,  почему формальный разум науки  и римского права превратился  в жизненную установку целой  эпохи, целой цивилизации. Постепенное  «расколдование» мира, вытеснение из мышления, из общественного сознания магических элементов, с одной стороны, а с другой – все большее постижение последовательности и постоянства явлений, – вот те идеи, которые берут у Вебера современные философы, осмысливающие феномен европоцентризма.

      Последовательно культуроцентристскую разработку теории европоцентризма находим в наследии немецкого теолога, культурфилософа Э. Трельча. По его мнению, всемирная история – это история европеизма. Европеизм – великий исторический индивидуум, который являет собой для европейцев предмет истории. Западный мир связан с антично-средиземноморским. Эти великие культурные миры формирует в нераздельном единстве европеизм и еще сегодня определяют его там, где он в ходе великой англосаксонской и латинской колонизации распространился на большую часть земного шара. Только европоцентризм позволяет говорить о всеобщей истории, человечестве и прогрессе. «Для нас существует только всемирная история европеизма». Э. Трельч считал, что у народов вне Европы отсутствует историческое самосознание и критическое отношение к прошлому – такую потребность ощущал лишь европейский дух. Поэтому знание чужих культур может быть значимым только для самопознания, понимания мира и практических отношений. Только европеец превратился из хрониста, эпика, пророка и мистика, собирателя грамот и политика в философа истории. Провидя современные европоцентристские интуиции, Трельч говорит о борьбе с желтой расой, об угрозе возможных варварских вторжений в Европу.

      Современный европоцентризм поддерживается концепцией «модернизации мира». Он утверждает, что другие культуры должны принять современный жизненный уклад Запада. Своеобразная разработка европоцентризма содержится в концепции «постистории» Фрэнсиса Фукуямы. Она исходит из того, что идея либерализма становится универсальной. (Гуревич П.С. Культурология: учебник для студентов вузов, 2008. – стр.187-192)

Список использованной литературы

1. Гуревич П.С. Культурология : учебник для студентов вузов / П.С.Гуревич. – 4-е изд., стереотипное. – М.: Гардарики, 2008. – 280 с.
2. Культурология : учебник / под ред. Ю.Н.Солонина, М.С.Кагана. – М.: Издательство Юрайт; ИД Юрайт, 2011. – 566 с. – (Основы наук).
3. Интернет – ресурсы:

          http://www.cyclopedia.ru/68/200/2134607.html

          http://referatwork.ru/refs/source/ref-23691.html

          http://www.syntone.ru/library/books/content/1707.html